Слушать Скачать Подкаст
  • *Новости 16h00 - 16h10 GMT
    Выпуск новостей 19/03 16h00 GMT
  • *Передача RFI 16h10 - 17h00 GMT
    Дневная программа 19/03 16h10 GMT
  • *Новости 19h00 - 19h10 GMT
    Выпуск новостей 19/03 19h00 GMT
  • *Передача RFI 19h10 - 20h00 GMT
    Дневная программа 19/03 19h10 GMT
Чтобы просматривать мультимедиа-контент, в вашем браузере должен быть установлен плагин (расширение?) Flash. Чтобы войти в систему вам следует включить cookies в настройках вашего браузера. Для наилучшей навигации, сайти RFI совместим со следующими браузерами: Internet Explorer 8 и выше, Firefox 10 и выше, Safari 3 и выше, Chrome 17 и выше...
РОССИЯ

Детство за колючей проволокой

media  
11 апреля во всем мире отмечается День освобождения узников фашистских концлагерей. (B.Ruelle)

11 апреля во всем мире отмечается День освобождения узников фашистских концлагерей. 72 года назад американские войска освободили пленников одного из крупнейших концлагерей Германии Бухенвальда, которые в тот день устроили в нем восстание.

Детство за колючей проволокой 11/04/2017 - Александр Валиев Слушать

Жительница города Златоуст под Челябинском София Кириллова была в плену у фашистов два года. К счастью, ей и ее ближайшим родственникам удалось выжить, но те долгие дни и месяцы она отчетливо помнит и сегодня, спустя 73 года.

София Кириллова DR

София Кириллова:  «Жили мы в Белоруссии, Могилевской области, деревня Рябки. Семья была большая, военная. Папа, мама, дедушка, бабушка. У мамы три брата, они все офицеры, были на фронте. А папу взяли на сборы в 1941 году, в январе, и он под Брестом попал в плен. А мы остались: дедушка, бабушка, мама и нас четверо. В конце 41-го — начале 42-го мы жили в партизанском отряде, зиму зимовали. В блиндажах. Было очень тяжело, очень голодно и холодно — землянки. Когда война началась, мне было пять лет, брат с 35 года, сестрички с 38-го и 40-го».

Через некоторое время семья оказалась в фашистском плену, как и все жители их деревни, которая стала одной из жертв геноцида и тактики «выжженной земли», проводимой немцами.

София Кириллова: Нас в колонну погнали. Полураздетые, полуразутые, голодные. Из дома нашего забрали двух лошадей, двух коров, свиней, мы немцам кур ловили мешками, нас заставляли. 120 домов в деревне было. Кто попал в колонну, в концлагерь — кого в Литву, кого в Латвию, кого в Германию, в общем, полностью деревню ликвидировали и подожгли. Только во время пожаров в домах погибло 34 человека. Ну, а мы беззащитные — нас (гнали) колонной то там месяц, то там. Где в школе разбитой (жили), где в сарае каком-то — везде мы были под наблюдением бандеровцев. Приезжали купцы с Латвии и Литвы, покупали. Забирали детей от 5 лет, мальчиков. Старшего брата мы прятали как девочку. Мама его всегда в платочек одевала. А дедушка знал немецкий язык, слышал и понимал, о чем говорят. Вступал в разговоры с немцами. На территории Белоруссии было девять крематориев, где жгли народ. Машину подгоняют туда, где «цивильные беженцы», эвакуированные. Их в машины и везли в «баню», а это была не баня, а крематорий. Приехали за нами «в баню». Машину поставили. А мы в каком-то сарае жили. Дедушка давай с ними разговаривать, а потом пошел вокруг машины, крестил машину, молитвы читал, говорит, мы в баню не поедем. И рукой махал, в баню не поедем. Машина «черный ворон» называлась, с черными крестами. Уехала. Вот таким путем мы не попали в крематорий, я так считаю.

RFI: София Ивановна, а чем вы, пленники, питались в этих условиях? Где брали еду?

София Кириллова: Еду? Полуголодом! Землю ели, я глину ела. Ходили, друг у друга огрызки просили, банки собирали пустые, полоскали и пили. Надзиратели съедали паек и банку кидали нам, прямо к воротам. Кто схватил банку, тот воды нальет с лужи… Почти никакого питания не было. Маму и женщин из лагеря иногда посылали копать траншеи, лес рубить, укладывать дороги. Им там давали с опилками хлеб. Какая мама не оставит кусочек своим голодным детям? Это продолжалось с 42 по 44 год, 22 месяца мы находились в таком режиме.

А как немцы обращались с вами, с детьми?

София Кириллова: Ну как, если они младенцев подкидывали и стреляли? Плохо! Очень плохо. Стреляли, били. Особенно, если семья коммунистов, так это вообще.

В 1944 году семья Софии Кирилловой оказалась в концлагере Озаричи, что немцы создали неподалеку от Гомеля, вдоль линии фронта, в болотистой местности.

София Кириллова: «Это лагерь под открытым небом, 50 гектаров. Обнесенный колючей проволокой. Зимой нас туда пригнали, была сильная пурга, это я хорошо помню, как нас туда толкали, в эти ворота. Там нет крыши, деревья, лес, обнесенный колючей проволокой под напряжением. Там погибло 20 тысяч, в этом лагере, в Озаричах».

После успешного побега из Озаричей София Ивановна, ее родные, а также множество людей, которым удалось покинуть концлагерь, оказались на берегу Днепра — как раз в то время, когда с другого берега к нему подошли советские войска. Начиналась военная кампания по освобождению Белоруссии «Багратион».

София Кириллова: «Мы попали в траншею, и эта траншея, эти самолеты — они в глазах у меня до сих пор. И в этой траншее мы около месяца находились. Эти траншеи до сих пор, как музейные. Летит русский самолет, женщина вытаскивает красную тряпку. А эти истребители так летали, что даже летчика видно в кабине. Поднимали красное, но все равно стреляли. И тут недалеко мост через Днепр, огромный. Как начали его бомбить! Много погибло в Днепре, очень много! Как дадут, бомбы летят, прямо под самый космос волны. Потом наши солдаты соединяли два или три дерева на берегу и вместе с муляжами пускали на воду. Немецкие самолеты прилетят, пробомбят и перерыв 5–10 минут. Вот таким путем наши на плотах Днепр переплывали. Это все я помню. А на берегу столько было лошадей — немецкие обозы и фургоны. Я помню, как лошадь плакала, а я ее целовала. Жалко мне было лошадь. Когда затихло все, наши уже начали Днепр переходить, приехала разведка. Дедушка вышел, встречал солдат на мотоциклах. А потом подъехала машина, выходит здоровый высокий мужчина. Дедушка сам военный был, разговаривал с ними на грамотном языке. А потом говорит: слушай, ты Рокоссовский, что ли? Тот говорит: да, я Рокоссовский. А я к нему подбежала, говорю: дядя, скажите, папа нас жив или нет? Он меня по голове гладит, говорит: доченька, жив ваш папа, придет ваш папа!»

Отец Софии действительно вернулся — 31 декабря 1946 года. В свою родную деревню семье удалось добраться только через год после освобождения из концлагеря — раньше это было невозможно, сначала нужно было разминировать территорию, которую отступавшие немцы начинили минами.

София Кириллова: Когда мы уже вернулись, у нас только бурьян был. Мы зиму зимовали почти под открытым небом в своей деревне. У нас на огороде было пять воронок от бомб. Вся деревня была уничтожена. Там же Беловежская пуща, леса, там много партизан было. В деревню со 120 домов вернулись 59 неполных семей. И потом начали приходить мужчины. Семь пришло, а забрали больше сотни.

София Ивановна, вы получали какую-то помощь от государства?

София Кириллова: До 1992 года ничего не получали. После 92-го документы приходилось собирать, хлопотать, справки архивные. Это все я делала на всю семью, брату своему и сестрам. Сейчас мы приравнены к ветеранам войны. Только пенсия у нас не такая, как у ветеранов. И захоронения за свой счет. Я не обижаюсь, льгота по квартире. Выходит 32 тысячи. Но семья, детям помогать надо. Хоть у меня один сын, внук и внучка, сноха — это моя семья. Но они живут отдельно, я одна живу. У нас же очень большая безработица в Златоусте, нет работы, только сокращения! Устроиться на работу невозможно. А если устроишься, работай, но деньги не спрашивай.

Те времена о себе вам часто напоминают?

София Кириллова: Когда были молодые, помнилось, но было легче. А сейчас вот со здоровьем… Четыре операции перенесла, с одной почкой живу уже 29 лет. Сейчас сердечно-сосудистые заболевания, астма сердца, бронхиальная астма, ноги отказывают. Но ничего…

Во время Второй мировой войны на территориях, подконтрольных Германии, в 14 тысячах концлагерей содержалось 18 миллионов узников. Каждый пятый из них был ребенком. 11 миллионов человек были уничтожены.

Ссылки по теме
 
К сожалению, время подключения истекло, действие не может быть выполнено.