Слушать Скачать Подкаст
  • *Новости 15h00 - 15h10 GMT
    Выпуск новостей 25/05 15h00 GMT
  • *Передача RFI 15h10 - 16h00 GMT
    Дневная программа 25/05 15h10 GMT
  • *Новости 18h00 - 18h10 GMT
    Выпуск новостей 25/05 18h00 GMT
  • *Передача RFI 18h10 - 19h00 GMT
    Дневная программа 25/05 18h10 GMT
Чтобы просматривать мультимедиа-контент, в вашем браузере должен быть установлен плагин (расширение?) Flash. Чтобы войти в систему вам следует включить cookies в настройках вашего браузера. Для наилучшей навигации, сайти RFI совместим со следующими браузерами: Internet Explorer 8 и выше, Firefox 10 и выше, Safari 3 и выше, Chrome 17 и выше...
Последние новости
  • «Золотую пальмовую ветвь» Каннского фестиваля получил фильм «Паразиты»
В мире

Руанда через 20 лет после геноцида: палачи и жертвы живут бок о бок

media  
Улицы Кигали, столицы Руанды. 23 июня 2014 год Elena Gabrielian

В этом году исполнилось 20 лет геноциду народности тутси в Руанде. Кровавые события в этой небольшой республике Bосточной Африки начались 7 апреля 1994 года после того, как днем ранее неизвестными был сбит самолет президента хуту Жювенала Хабьяримана.

Пришедшее к власти временное правительство, состоящее из представителей народности хуту, обвинило в произошедшем тутси, меньшинство населения Руанды. Отряды ополчения и обычные граждане хуту взялись за острые мачете и начали массовое истребление тех, кого десятилетиями считали своими врагами. Всего за сто дней, по данным ООН, были убиты более 800 тысяч человек. А уже 4 июля 1994 года силы Руандийского патриотического фронта, созданного убежавшими в соседнюю Уганду тутси, под командованием Поля Кагаме взяли город Кигали. Они положили конец трагическим событиям, а их лидер стал президентом страны. Сегодня, когда в Раунде проходят памятные мероприятия, палачи и жертвы учатся жить бок о бок.

Банановые плантации в Руанде Elena Gabrielian

Зеленые холмы, покрытые папирусом и банановыми деревьями, возвышаются над теракотовой землей этой страны черного континента. В Руанде яркие цвета местной природы создают невероятные пейзажи. Почти из каждого уголка можно любоваться живописной панорамой. Из-за особенностей местного ландшафта Руанду прозвали страной «тысячи холмов».

В этот жаркий июньский день на улицах столицы Кигали людно. Как и каждую последнюю субботу месяца руандийцы собираются на общественные работы: метут тротуары, сажают деревья. Субботники в Руанде уже стали традицией. Улицы столицы - чистые, в центре города красуются фонтаны. Вечером бары Кигали непривычно забиты. Мужчины собираются перед плазменными экранами, смотрят чемпионат мира по футболу и пьют местное пиво «Примус». В воздухе витает запах жареной козлятины - национальное блюдо Руанды.

Руандийский мальчик в сельской местности Elena Gabrielian

Сложно даже представить, что совсем недавно, всего двадцать лет назад, по всейстране улицы были завалены трупами, а реки и озера покраснели от крови. В ночь на 7 апреля 1994 года, после смерти президента Жювенала Хабьяримана, буквально за считанные минуты по всей стране появились блокпосты. Ополченцы хуту начали проверять документы граждан и истреблять всех тех, у кого в паспорте в графе «этнос» было написано тутси. «Если они убили нашего президента, возьмутся и за нас», - говорили хуту, объясняя свои действия необходимостью защищаться.

 Слепая ненависть овладела и мирными жителями. Они, следуя указаниям вооруженных экстремистов, подключились к зверской резне своих сограждан: стариков, женщин и детей. На убийство шли, как на полевые работы с мачете в руках, а друг друга называли коллегами. Эта практика стала нормой. Кто отказывался участвовать в преступлениях, считался предателем.

Фотографии в музее геноцида Кигали Elena Gabrielian

 

Мы были уверены в своей правоте

55-летняя Мкиамини Ньирандегея, бывшая сотрудница авиакомпании «Эйр Руанда», вспоминает, как государство и СМИ культивировали чувство ненависти в обществе и готовились к геноциду.

Осужденная за геноцид Мкиамини Ньирандегея Elena Gabrielian

«Пропаганда геноцида осуществлялась не только на политическом уровне, но и в местных администрациях, власти распространяли эту идею среди населения, в том числе и молодежи. Мы выросли в этой идеологии разделения. Мы доверяли государству, получали информацию по радио. Для меня было сложно отличить идеологию геноцида от той, что нужно защищаться от врага, который нас атаковал», - говорит Мкиамини Ньирандегея.

Сегодня она отбывает пожизненное заключение в тюрьме «1930» города Кигали за участие в геноциде. С 2002 года в Руанде начали действовать общественные суды «Гачача», что с местного языка киньяруанда переводится как газон. Жертвы и обвиняемые собирались под открытым небом в присутствии судей, и, сидя на газоне, проводили судебные процессы. В результате в течение десяти лет около 1,3 миллионов человек были осуждены по обвинению в геноциде.

Находясь в одном из тюремных помещений, одетая в розовый костюм заключенной, Мкиамини объяснила RFI, что пошла на преступные действия, даже, несмотря на то, что ее мама была тутси, а отец - хуту.

«Некоторые женщины готовили инструменты для убийства, еду, другие - стояли на блокпостах, призывали своих детей идти убивать тутси, разрушать их дома. Я признаюсь, что была наивной, не была мужественной, у каждого свой характер. Я была из тех женщин, которые стояли на блокпостах и проверяли документы. Мы выявляли тутси, а уже ополченцы их убивали. Может, я и не брала в руки мачете или оружие, но я даже не попыталась им помочь. Я позднее поняла, что участвовала в чем-то ужасном. Когда думаю о прошлом, не могу объяснить, кем я была тогда. К счастью, все закончилось, иначе, не знаю, что бы с нами сейчас было», - так Мкиамини объяснила свою вину, приписав себя к категории подстрекателей.

Только вот смелости не хватило признаться, что на самом деле она – исполнитель и мачете в руки все-таки брала. Первую подняла над головой своего супруга тутси, после чего приказала ополченцам убить собственных детей, подавая пример другим.

Осужденная за геноцид журналист «Радио тысячи холмов»Валери Бемерики. Elena Gabrielian

«Все были уверены в правильности того, что мы делали», - говорит рядом сидящая с Мкиамини. Женщины до сих пор друг друга называют коллегами. Валери Бемерики работала на «Радио тысячи холмов», которое власти использовали для пропаганды и призывов убивать тутси. Так, например, известный руандийский политик Леон Мугесера в эфире говорил о необходимости «убить этих тараканов». Этому примеру следовала и Валери. Сегодня ее бархатный голос в Руанде вспоминают с ужасом. Эта звезда журналистики стала одной из самых известных подстрекателей, за что ее прозвали «диктором зла» или «голосом геноцида».

«Я призывала хуту убивать тутси. Я должна была называть в эфире места, где они скрывались. Организация геноцида была очень тщательной. На всех уровнях мы получали информацию о местах их нахождения. Мы объясняли по радио, что тутси прячутся, чтобы потом напасть на хуту. Мы совершили глупость. Мы не были бдительными. Мы верили в то, что говорили наши власти. Мы им доверяли. Мы признаем, что мы согрешили, поэтому сегодня мы становимся на колени и просим прощения», - говорит Валери.

У нас нет другого выбора

Сложно простить, когда палач говорит о своих зверствах, как о «глупости». Кажется, что порог чувствительности, как у убийц, так и у жертв, сместился надолго, возможно даже на всю жизнь. Лоиг Нсенгиюмва 20-летний студент-агроном голос Валери, к счастью, уже не слышал, но о ее «работе» узнал от родителей. Лоиг родился во время геноцида. Он потерял своих бабушек и дедушек, которые жили в области Бугасера, в 30 километрах от Кигали, но его семье удалось выжить. Когда хуту наступали на их квартал в центре столицы, они находились в укрытии в течение месяца. Позднее их спасли силы Руандийского патриотического фронта под командованием тутси Поля Кагаме. Когда резня закончилась, семья Лоига вернулась в свой дом, где до сих пор по соседству живут бывшие враги.

Жители сельской местности в Руанде Elena Gabrielian

«У нас есть сосед, которого зовут Каремира. Он участвовал в геноциде. Я не знаю точно, убивал ли он сам, но он говорил ополченцам, где прятались тутси. Мои родители с его семьей здороваются, но отношения у нас натянутые. Мы не общаемся, я у них дома никогда не был, они у нас тоже. Я думаю, что примирение возможно, может быть, через 50 лет. Иногда во время церемоний памяти жертв появляется чувство мести, но оно сразу исчезает», - рассказал Лоиг по пути к музею геноцида в Кигали.

Йоланде Мукагасана, автор многочисленных книг о геноциде в Руанде Elena Gabrielian

Здесь каждый год в это время проходят памятные мероприятия. Собравшиеся по традиции поют песню под названием «Ибука», что в переводе означает « не забывай». Присутствующая на этой церемонии Йоланде Мукагасана, автор многочисленных книг о геноциде в Руанде, до сих пор помнит, как двадцать лет назад хуту убили ее мужа и троих детей. Теперь она живет с 70-летним братом, который после пережитого стал психически больным. Ее дом был разрушен, но на том же участке она построила себе новое жилье, куда приняла около 20 бездомных детей. На вопрос, как возможно жить бок о бок с бывшими палачами, Йоланде отвечает:

«У некоторых моих соседей до сих пор есть чувство ненависти. Нас воспитывали в этой ненависти более столетия. Нас учили не любить, а ненавидеть. В это были вовлечены политические, религиозные лидеры. Сейчас у нас нет другого выбора, мы должны научиться жить вместе. Нас убивали члены наших же семей. Ведь тутси и хуту вместе создавали семьи. Теперь мы не можем разделить страну на две части: для одних и для других. Я всегда говорю, что нужно бороться против идеологии разделения, идеологии геноцида, потому что как только она укореняется в обществе, очень сложно от нее избавится».

Король Бельгии Бодуэн с королем Руанды Мутара III Elena Gabrielian

В Руанде этническое разделение началось в первые десятилетия двадцатого века, когда сюда приехали бельгийские колониалисты с принципом «разделяй и властвуй». Тогда и был введен в обиход паспорт, в котором фигурировала графа с указанием «хуту» и «тутси». Все ключевые должности в администрации занимали тутси, которых бельгийцы считали аристократией. Они представляли меньшинство населения. А когда Руанда обрела независимость в 1962 году, взбунтовавшиеся хуту пришли к власти и начали преследовать тутси.

Руандийский паспорт до 1994 года с графой этноса Elena Gabrielian

На самом деле в доколониальной Руанде не существовало никакого разделения по этнической принадлежности, а хуту и тутси были всего лишь представителями разных социальных классов. Ребенок мог родиться хуту, а повзрослев, стать тутси в зависимости от своего социального положения. Сегодня в Руанде уже нет паспортов с отметкой этноса, да и внешне хуту и тутси невозможно отличить. Образование имеют право получить все, а власти развернули программу так называемых «деревень перемирия», - объясняет гид в музее геноцида Серж Руигамба:

«Сегодня государство проводит политику создания единой идентичности нашего

гид в музее геноцида Серж Руигамба Elena Gabrielian

народа, позволяющую вернуться к жизни в гармонии. Мы все – руандийцы. Государство прилагает усилия, чтобы избавиться от разделений. Мы не концентрируемся на том, чтобы пытаться искать различия между хуту и тутси. Задача - сделать так, чтобы все считали себя руандийцами. Есть еще люди, которые до сих пор продолжают воспринимать эти две группы, как разные этносы, но это разделение никак не способствует развитию государства».

Руандийский геноцид одно из ярких подтверждений того, что нарушение принципа равноправия, необходимого для мира, рано или поздно приводит к трагическим последствиям. Долголетнее гармоническое существование одного народа, состоящего из разных социальных классов, было нарушено теми, кто решили разделить и властвовать. Свое желание объединиться и жить в мире раундийцы объясняют, сравнивая себя с Европой. Она создавалась после войны с целью не допустить нового кровопролития, - говорят они. – Вот и мы учимся жить заново.

 
К сожалению, время подключения истекло, действие не может быть выполнено.