Слушать Скачать Подкаст
  • *Новости 16h00 - 16h10 GMT
    Выпуск новостей 14/12 16h00 GMT
  • *Передача RFI 16h10 - 17h00 GMT
    Дневная программа 14/12 16h10 GMT
  • *Новости 19h00 - 19h10 GMT
    Выпуск новостей 14/12 19h00 GMT
  • *Передача RFI 19h10 - 20h00 GMT
    Дневная программа 14/12 19h10 GMT
Чтобы просматривать мультимедиа-контент, в вашем браузере должен быть установлен плагин (расширение?) Flash. Чтобы войти в систему вам следует включить cookies в настройках вашего браузера. Для наилучшей навигации, сайти RFI совместим со следующими браузерами: Internet Explorer 8 и выше, Firefox 10 и выше, Safari 3 и выше, Chrome 17 и выше...
В мире

«Царь» египетский: российское кино на Каирском кинофестивале

media  
Главная награда Каирского фестиваля — «Золотая пирамида» - присуждена уругвайскому режиссеру Альваро Брехнеру за фильм «12-летняя ночь» REUTERS/Mohamed Abd El Ghany

Каирский международный кинофестиваль, который в этом году прошел в 40-й раз, стал в свое время первым кинофестивалем в арабском мире. В этом году Каир решил сделать реверанс в сторону российского кино, собрав и представив большую программу фильмов из России. Итоги юбилейного кинофорума подвела для RFI критик Екатерина Барабаш.

Каир — удивительный город. В нем соединяется несоединимое — вековая мусульманская регламентированность и дух свободы, чудовищная грязь на улицах и чистота помыслов, голодные нищие бездомные и сверкающие огнями виллы за белоснежными заборами, искреннее игнорирование всего, связанного с культурой, и роскошные музеи, заполненные детьми из провинции. Одним словом — то, что в советские времена называлось «город контрастов».

«Царь» египетский - российское кино на Каирском международном кинофестивале 04/12/2018 - Екатерина Барабаш (Москва) Слушать

В чем-то мы похожи. Как в свое время после многотысячных митингов застроили московскую Манежную площадь, дабы неповадно было там собираться, так же теперь застроена знаменитая на весь мир площадь Тахрир. Теперь там самая большая платная парковка в Каире. После известных событий 2013 года, когда на площадь вышли сотни тысяч протестующих против президента Мухаммеда Мурси, на всякий случай было решено утыкать площадь шлагбаумами и будками с охраной.

Огромное пространство перед красивейшим, одним из лучших музеев мира — Каирским национальным музеем — превратилось в царство шлагбаумов и дырок, ведущих в подземный паркинг. По периметру площади по-прежнему дежурят солдаты с автоматами, правда, их стало меньше по сравнению еще с прошлым годом. Площадь и музей — почти на берегу древнего сказочного Нила, и если перейти мост, круглые сутки кишащий людьми и держащий на себе громадные пробки, — перед глазами возвысится изящное современное здание, увенчанное куполом и окруженное садом, отдаленно напоминающее мечеть. Это Каирская опера. Здесь и проходит Каирский международный кинофестиваль.

На десять дней опера и окружающий ее парк становятся территорией свободной мысли, которая, сгустившись, материализовалась на площади Тахрир пять лет назад. Это видно не только по женщинам с непокрытыми головами — здесь можно увидеть кино, которое еще год-два назад и помыслить на экранах мусульманского государства было нельзя. Каирский фестиваль, который в этом году прошел в 40-й раз, стал в свое время первым кинофестивалем в арабском мире. Само собой, акцент здесь — на арабском кино, хотя география фестиваля очень обширна.

На Каирском кинофестивале Павлу Лунгину вручили приз за вклад в мировой кинематограф REUTERS/Amr Abdallah Dalsh

Разумеется, Каирский фестиваль даже робко не претендует на то, чтобы по части престижа приблизиться к таким монстрам, как Берлин, Канны или Венеция. Однако именно на таких киносмотрах чувствуешь свежее дыхание нового кинематографа. Конечно, Бахрейну, Кувейту, ОАЭ, Палестине далековато до звания кинодержав, но когда смотришь картины из этих стран все вместе, очень остро ощущаешь, что искусство кинематографа, родившееся в Европе и развернувшееся в Америке, начинает вполне комфортно чувствовать себя все дальше от и дальше от родины.

В этом году Каир решил сделать реверанс в сторону российского кино, собрав и представив довольно большую программу из наших фильмов. А Павел Лунгин и вовсе стал чуть ли не главным героем фестиваля — ему вручили приз за вклад в мировой кинематограф и показали две его картины — «Царь» и «Дама пик». Представлять «Даму пик» приехала и исполнительница главной роли Ксения Раппопорт. Такую же награду на церемонии открытия вручили Питеру Гринуэю и египетскому актеру Хассану Хосни. Разумеется, Хассан Хосни как местная звезда вызвал наибольший ажиотаж — его приветствовали стоя, что понятно.

За десять фестивальных дней зрителям, помимо картин Лунгина, показали фильмы «Война Анны» Алексея Федорченко, «Хрусталь» Дарьи Жук (фильм совместного производства Беларуси, России, Германии и США), «Не чужие» Веры Глаголевой, «Слоны могут играть в футбол» Михаила Сегала, «Битва за Севастополь» Сергея Мокрицкого, «Дурак» Юрия Быкова, «Как Витька Чеснок вез Леху Штыря в дом инвалидов» Александра Ханта, «Елена» Андрея Звягинцева. Удивительно — насколько популярным оказалось здесь российское кино. Залы были забиты под завязку, а по поводу быковского «Дурака» один из местных критиков заявил, что история, рассказанная в фильме, вполне могла произойти и в Египте — уровень коррупции тут высочайший, а самосознание людей так себе. Это со слов египетского критика.

Египетский актер Хассан Хосни на Каирском фестивале 20 ноября 2018 REUTERS/Amr Abdallah Dalsh

Кстати, в Каире едва ли не каждый второй говорит по-русски — кто лучше, кто хуже, но объясниться по-русски могут очень многие. Спрашиваешь «Где учили язык?» — отвечают, что в школе. Действительно во многих школах сейчас преподают русский чуть ли не наравне с английским или французским, да и вообще египтяне — давние и известные наши симпатизанты.

Но если говорить о российской тематике, то наибольший интерес у публики вызвали даже не наши фильмы, а новая картина известного британского актера и режиссера Рэйфа Файнса «Белая ворона», в котором рассказана история Рудольфа Нуреева. Файнс — фанатичный поклонник русской культуры, на которую «подсел» двадцать лет назад после главной роли в чеховском «Иванове». Четыре года назад вышел фильм Веры Глаголевой «Две женщины» по пьесе Ивана Тургенева «Месяц в деревне» — тоже с Файнсом в главной роли. Совершенно очарованный русской литературой, Файнс бросился учить язык и преуспел так, что в «Белой вороне» роль наставника Нуреева по имени Александр Пушкин (не тот, нет!) сыграл сам по-русски. Говорит он с акцентом, хоть и еле заметным и, видимо, поэтому произносит слова, почти не раскрывая рта, словно веря в то, что при такой дикции акцента никто не заметит.

На эту картину Файнс потратил пять лет, из которых львиную долю заняло изучение материала. Он перезнакомился, кажется, со всем советским балетным миром, просиживал в уфимских архивах, изучил балетное дело и разве что сам не пустился в пируэты, узнал своего героя вдоль и поперек, вплоть до его гастрономических пристрастий. Но в итоге такое ощущение, что дотошность помешала полету режиссерской мысли. Драматическая история великого танцовщика вышла подробной, уважительной, но до обидного корректной. Если не считать единственной откровенной сцены, в которой мы видим Нуреева в постели с обнаженным юношей. Правда, так и остается непонятным, кто он, этот юноша, откуда взялся и куда потом исчезает. Из-за этой сцены у «Белой вороны» не так уж много шансов выйти в российский прокат — целиком обнаженного гея нынче показывать российским зрителям нельзя, а Файнс, как говорят, упрям.

Друга и конкурента Нуреева, талантливого танцовщика Юрия Соловьева, сыграл премьер Музыкального театра им. Станиславского и Немировича-Данченко, премьер Мюнхенского балета, бывший премьер британской Королевской оперы (самый молодой в истории этого театра) Сергей Полунин. Его имя балетоманам и специалистам известно очень хорошо, а остальные узнали про него (вот ведь совпадение) в день закрытия Каирского фестиваля, когда артист публично осудил свою родину Украину, высказал одобрение политики Путина и объявил о принятии российского гражданства.

Актер и режиссер Рэйф Файнс на Каирском фестивале 26 ноября 2018 PATRICK BAZ/Cairo International Film Festival/AFP

Кто в этом фильме открылся с неожиданной стороны — так это Чулпан Хаматова, наконец-то сыгравшая неоднозначную роль. Ее героиня, жена Пушкина — уже немолодая дама, но вполне себе любвеобильная. Пока ее муж ведет советский балет впереди планеты всей, она соблазняет его талантливого ученика Нуреева. Для Хаматовой это отважный шаг.

В роли Нуреева снялся премьер Татарского театра оперы и балета им. Мусы Джалиля Олег Ивенко, имеющий некоторое внешнее сходство со своим героем и даже, вопреки ожиданиям, оказавшийся не самым плохим актером.

Но разумеется, не только и не столько российским кино и не Файнсом жив Каирский фестиваль. Главная награда фестиваля — «Золотая пирамида» — присуждена уругвайскому режиссеру Альваро Брехнеру за фильм «12-летняя ночь». Главный герой фильма, действие которого происходит в 1973 году, — политик левого толка Хосе Мухико, ставший в 2010 году президентом Уругвая. В фильме показано, через какой ад приходится проходить тем, кто встал на путь борьбы за свободу.

Картина украинского режиссера Сергея Лозницы «Донбасс» удостоена приза «Серебряная пирамида» за режиссуру. Этот фильм впервые был показан на Каннском фестивале в программе «Особый взгляд», где также стал обладателем приза за режиссуру. Недавно он был также заявлен от Украины к «Оскару». Этот фильм — жесткая сатира на «русский мир», что пришел четыре года назад на Донбасс. Фильм состоит из нескольких связанных между собой новелл, в которых высмеиваются нравы определенной части жителей подконтрольных России украинских восточных территорий. Лозница разделил приз с таиландским режиссером Пхуттипхонгом Ароонпхенгом, получившим награду за картину «Морской дьявол».

«Бронзовая пирамида» — третья по значимости награда — вручена британскому режиссеру Джеми Джонсу за фильм «Подчиняйся».

Режиссер Питер Гринуэй на Каирском фестивале 20 ноября 2018 REUTERS/Amr Abdallah Dalsh

В программе арабского кино победил тунисский фильм «Фетва». «Фетва» — термин из мусульманской юридической практики, а сам фильм исследует природу и последствия исламского радикализма. Вообще фильмы из арабских стран сконцентрированы в основном на двух темах — радикализм и рост самосознания мусульманских женщин. Кинематографисты Палестины, Саудовской Аравии, Катара, Бахрейна все чаще обращаются к проблеме соответствия жестких требований Корана современной цивилизации.

Интересно, что буквально на следующий день после закрытия Каирского фестиваля жизнь подтвердила актуальность этих тем — известная египетская актриса Рания Юсеф, появившаяся на заключительной церемонии в смелом платье, подверглась агрессивным атакам местных фундаменталистов. Они обвинили актрису в попрании основ нравственности и подали на нее в суд за нарушение норм общественной морали. Суд состоится на днях. Так что арабским кинематографистам для светлого будущего еще трудиться и трудиться.

 
К сожалению, время подключения истекло, действие не может быть выполнено.