Гасан Гусейнов о словах и вещах
Морис Метерлинк о жизни чекистов
Морис Метерлинк в возрасте 40 лет
 
Слушать Скачать Подкаст
  • *Новости 15h00 - 15h10 GMT
    Выпуск новостей 18/07 15h00 GMT
  • *Передача RFI 15h10 - 16h00 GMT
    Дневная программа 18/07 15h10 GMT
  • *Новости 18h00 - 18h10 GMT
    Выпуск новостей 18/07 18h00 GMT
  • *Передача RFI 18h10 - 19h00 GMT
    Дневная программа 18/07 18h10 GMT
Чтобы просматривать мультимедиа-контент, в вашем браузере должен быть установлен плагин (расширение?) Flash. Чтобы войти в систему вам следует включить cookies в настройках вашего браузера. Для наилучшей навигации, сайти RFI совместим со следующими браузерами: Internet Explorer 8 и выше, Firefox 10 и выше, Safari 3 и выше, Chrome 17 и выше...
В мире

«У Путина от них болит голова»: Le Figaro о «русскоязычных джихадистах в Сирии»

media Тархан Батирашвили, получивший известность в Сирии под именем Абу Умар аш-Шишани. AFP

По разным оценкам, в Сирии на стороне ИГИЛ воюют от 2500 до 5000 русскоязычных джихадистов. От этих цифр, как пишет в понедельник, 26 октября, Le Figaro у «Путина болит голова»: «Он хочет воспользоваться своей военной кампанией в Сирии для того, чтобы их уничтожить». Издание публикует репортаж, посвященный одному из военных лидеров «Исламского государства», уроженцу Панкисского ущелья Тархану Батирашвили. Он же — Умар аш-Шишани.

Видео с призывами на русском языке примкнуть к рядам «ИГ», в том числе сделанные Умаром аш-Шишани, служат для того, чтобы привлекать «русскоязычных в Сирию», объясняет в интервью Le Figaro корреспондент агентства Mc Clatchy Митч Протеро (Mitch Prothero), опубликовавший расследование, посвященное генералу-джихадисту.

В истории аш-Шишани «удивительно стечение личных и геополитических обстоятельств», отмечает Лор Мандевиль. «Маленький пастушок» из Панкисского ущелья родился в 1986-м году в деревне, многие жители которой «до сих пор передвигаются на телегах». Обстановка его комнаты — железная кровать, стол со старым домино — «дышпала бедностью». До сельской школы, где он учился, едва доносилось «эхо перестройки».

В интервью Le Figaro чеченский историк Майрбек Вачагаев рассказывает, что живущие в Панкисском ущелье этнические чеченцы соблюдают местные христианские обычаи — носят традиционные грузинские костюмы и пьют вино. В эпоху второй чеченской войны здесь появились тысячи бегущих от конфликта чеченских беженцев, а вместе с ними и боевики. 14-летний Тархан не в боях участвовал в боях, но каждый день видел «в деревне раненых боевиков», объясняет Вачагаев.

По словам историка, который опрашивал беженцев из Панкисского ущелья, переехавших в Европу, именно в этот момент саудовцы финансировали строительство мечетей в регионе. «Саудовское влияние долго не продлилось, так как в 2002-2003 годах Рияд заключил с Москвой соглашение», однако из-за находившихся там боевиков  в Панкисском ущелье «распространился радикальный ислам», отмечает Майрбек Вачагаев.

Впрочем, сам Тархан Батирашвили, согласно многочисленным свидетельствам, собранным Митчем Протеро и журналистом The Wall Street Journal Аланом Купером, в ту эпоху религией не интересовался . Его привлекала военная тематика. В 2007 году он пошел служить в грузинскую армию. Молодого призывника заметили — во время российско-грузинской войны в августе 2008-го он служил в разведке. В 2010 Тархану пришлось покинуть ряды военнослужащих после того, как у него обнаружили туберкулез. Однако, по данным источников Le Figaro в Минобороны Грузии, его увольнение так же объясняется тем фактом, что армейское руководство испугалось радикализации молодого человека «под влиянием его старшего брата».

Через некоторое время Батирашвили арестовали за незаконное хранение оружия. В тюрьме он по-настоящему радикализовался, и освободившись в 2012 году, отправился прямиком в Сирию воевать на стороне боевиков, в 2013-м — примкнул к «Исламскому государству». «Он выбрал неправильный путь», — цитирует Le Figaro слова отца Тархана.

По словам Митча Протеро, «чеченцы, воины», сражающиеся в рядах «ИГ», «грязную работу и казни оставляют полезным идиотам, приехавшим из Франции и Великобритании и не имеющим никакой военной подготовки». Кавказцам, как отмечает Le Figaro, совсем не нравятся варварские методы ИГИЛ. Поэтому, как считает Майрбек Вачагаев, только некий «уговор» между лидером «ИГ» Абу Бакром аль-Багдади и аш-Шашани о создании кавказского эмирата в «ИГ» в обмен на привлечение новых русскоязычных бойцов в ряды движения, может объяснить его участие.

«В июне ИГИЛ объявил о создании вилайета на Северном Кавказе, Аль-Каида никогда до этого не доходила», — подчеркивает Вачагаев. По мнению чеченского историка, потенциальная угроза, исходящая от кавказских джихадистов, является «главной мотивацией Путина в Сирии, несмотря на то, что об этом мало говорят», а аш-Шишани — главной целью российских военных.

 
К сожалению, время подключения истекло, действие не может быть выполнено.