Слушать Скачать Подкаст
  • *Новости 15h00 - 15h10 GMT
    Выпуск новостей 15/07 15h00 GMT
  • *Передача RFI 15h10 - 16h00 GMT
    Дневная программа 15/07 15h10 GMT
  • *Новости 18h00 - 18h10 GMT
    Выпуск новостей 15/07 18h00 GMT
  • *Передача RFI 18h10 - 19h00 GMT
    Дневная программа 15/07 18h10 GMT
Чтобы просматривать мультимедиа-контент, в вашем браузере должен быть установлен плагин (расширение?) Flash. Чтобы войти в систему вам следует включить cookies в настройках вашего браузера. Для наилучшей навигации, сайти RFI совместим со следующими браузерами: Internet Explorer 8 и выше, Firefox 10 и выше, Safari 3 и выше, Chrome 17 и выше...
СТИЛЬ ЖИЗНИ

Время соборов (1): Нуайон и Лан

media  
Вид на собор и библиотеку в Нуайоне. RFI/ G.Pevzner

Вы отправились в путешествие по Франции. Вас интересуют сыр, хлеб, вино и готические соборы. Все это вы уже видели (а кое-что даже пробовали), но хотели бы разобраться получше. Мы приготовили для вас путеводитель по соборам Пикардии. Здесь родилась готика, здесь представлены все ее стили, здесь же находятся самый высокий, самый большой и самый старый готические соборы.

Время соборов: прогулка по Пикардии 25/07/2016 - Гелия Певзнер Слушать

Страница с подкастом этого выпуска передачи для экспорта RSS и скачивания находится здесь.

Что такое собор и чем он отличается от церкви?

Собор — это функция, которая может выпасть любой церкви. Cathédrale — от слова «кафедра», имеется в виду, епископская. Если в городе есть епископ, есть и собор.

Виноград на капители колонны во дворе собора в Лане. RFI/ G.Pevzner

А если епископа нет?

Если церковь уже была собором, а потом епископ перенес свою резиденцию в другой город, то собор все равно навсегда остается собором. Правда, только по названию. Во Франции светские власти после разделения церкви и государства уменьшили количество епархий, и многие соборы остались без епископов.

«Настоящий» собор продолжает получать от государства средства на реставрацию, а соборы без епископов вынуждены довольствоваться городским финансированием. Это проблема: города могут быть совсем не такими большими и богатыми, как в средние века.

Что такое готика?

Ограничимся архитектурой. Это стиль, который возник по Франции в середине XII века, а потом распространился на другие страны Европы. Его и называли в основном «французским искусством». Гораздо позднее итальянский архитектор Вазари (это он построил Уффици во Флоренции, и это уже Возрождение) дал ему название «готика». Слово идет от племени готов, варваров. Средневековые французские соборы Вазари не понравились, он назвал их «варварскими», «готическими».

Собор Богоматери в Нуайоне – образец ранней готики. Здесь еще нет «пылающих» башен, все строго и достаточно тяжело. RFI/ G.Pevzner

О каком времени мы говорим?

Нас интересуют 12 и 13 века и, отчасти, вплоть до 15.

Как узнать, что собор готический?

Ориентируйтесь на Собор Парижской Богоматери, который вы, наверняка, видели хотя бы на картинке. Главные признаки: подчеркнута вертикаль (собор вытянут вверх, очень высокие башни и колонны), много света (витражи). Это стало возможно потому что строители соборов изобрели новую архитектурную конструкцию. Отныне вес купола ложился не на стены, а на целую систему колонн и аркбутанов (см. ниже). Поэтому в стенах стало возможно вырезать огромные окна и не бояться, что купол обрушится на головы. Очень коротко это описано у Мандельштама:

Где римский судия судил чужой народ,
Стоит базилика, и — радостный и первый —
Как некогда Адам, распластывая нервы,
Играет мышцами крестовый легкий свод.
Но выдает себя снаружи тайный план,
Здесь позаботилась подпружных арок сила,
Чтоб масса грузная стены не сокрушила,
И свода дерзкого бездействует таран.
Стихийный лабиринт, непостижимый лес,
Души готической рассудочная пропасть,
Египетская мощь и христианства робость,
С тростинкой рядом — дуб, и всюду царь — отвес.
Но чем внимательней, твердыня Notre Dame,
Я изучал твои чудовищные ребра, —
Тем чаще думал я: из тяжести недоброй
И я когда-нибудь прекрасное создам…

У Мандельштама — три архитектурных термина:

«Готический лес» — это не образ, а именно термин, это и есть «лес» из кружевных башен.

«Крестовый легкий свод» это и есть готический свод с диагональными ребрами.

«Чудовищные ребра» — наоборот, поэтический образ. Научное название — аркбутаны. Это наружные упорные арки с наклонной плоскостью, которые прежде всего обращают на себя внимание туристов.

Лестница, ведущая на башню кафедрального собора в Лане. RFI/ G.Pevzner

А какие соборы были раньше?

Примерно с 1000 года и до самой готики — это романский стиль. Стены массивные, но гораздо ниже, чем у готического собора. Церкви — «крепости Бога».

Где находится Пикардия и почему мы путешествуем именно по ней?

Это историческая область на севере от Парижа. В каждый из кафедральных городов из французской столицы можно доехать за час-полтора на поезде или на машине. В XII — XIII веках здесь, в основном, были королевские владения. Поэтому именно здесь впервые возникли соборы нового стиля — готические.

А говорят, что первым готическим собором был собор Сен-Дени под Парижем…

Это и так, и не так. В Сен-Дени, действительно, впервые готический стиль проявился в архитектуре. Но, во-первых, Сен-Дени не был собором, а во-вторых, там только перестроили заалтарную часть, а не построили целое здание. Но, конечно, Париж строил готические здания одновременно с Пикардией: в то же время, что пикардийские соборы, была построена Святая Капелла. Первенство оспаривает также собор в городе Сансе (это по дороге в Бургундию).

Какие еще соборы, кроме пикардийских, нужно обязательно посетить?

Туристические журналы и агентства обычно призывают не пропустить Шартр, Реймс, Руан, Париж, Санс и Страсбург (а также Мец, Бурж и Альби) и… все пикардийские соборы. Они правы.

Кафедральный собор Богоматери в Нуайоне

Начинать путешествие нужно с Нуайона (Noyons). Здесь первый в регионе и второй во всей Франции готический собор. Его строительство началось в 1145 году, всего через пятнадцать лет после того, как аббат Сугерий перестраивает королевскую базилику Сен-Дени под Парижем. В это десятилетие впервые применяется готический принцип в архитектуре. Отныне тяжесть свода покоится не на стенах, а на колоннах и, позднее, на аркбутанах. А сами стены можно отныне возводить все выше и выше и прорезать в них высокие окна, впуская внутрь собора свет.

Вид на собор и библиотеку. В Нуайоне сохранился целиком епископский квартал вокруг собора. RFI/ G.Pevzner

В Нуайоне аркбутанов, тех самых чудовищных ребер, о которых писал Мандельштам, еще нет. Их построят позже. Зато собор сохранил внутреннюю галерею, которая вместо них поддерживала свод. Нуайон был очень сильно разрушен во время Первой мировой войны. Но собор удивительным образом сохранился. А кроме него — весь епископский город вокруг. Если посмотреть на Нуайон с высоты птичьего полета, то хорошо видна и его первоначальная структура. Кругом вокруг собора идут дома и крепостные стены — это castrum, когда-то античный, а затем епископский квартал.

Одна из башен собора в Нуайоне. Внешние аркбутаны еще не существуют, свод поддерживают колонны и галереи. RFI/ G.Pevzner

Франсуаза Демаре, специалист по истории Нуайона:  «Нам повезло: несмотря на войну 1914 года, нам удалось сохранить епископский дворец, где сегодня расположен музей. Сохранились развалины часовни, которая там была, а также дома каноников, библиотека, тюрьма — ведь у каноников было право вершить правосудие в городе. Сохранился и капитульный зал — так что у нас остался целый квартал, прилегавший к собору, и это исключительная вещь. Или вот крепостные стены, которые мы здесь видим. Они были построены в галло-римские времена, и их сохранили даже в 12 веке, когда были построены другие крепостные стены, на большем расстоянии, поскольку город разросся. Их сохранили именно потому, что они закрывали епископский квартал.

Чуть дальше есть улочка, которая идет вниз — это улица-Де Борн, „двух вех“, там стояло два огромных столба, они не сохранились, но место, где они стояли обозначено на земле. Между ними на ночь натягивали цепь, закрывая вход в квартал на ночь, жителям города вход туда в ночное время был запрещен. Средневековые стены были снесены в 19 веке, чтобы построить бульвары, широкие бульвары с деревьями, как делалось и во многих других городах, от них ничего не осталось. Что же касается галло-римских стен 3–4 века, тут в разных местах, если спуститься в подвалы, можно увидеть безупречно сохранившийся фундамент этих стен. Здесь расположена часовня епископа — ее частично снесли в 19 веке, к чему добавились разрушения от Первой мировой — но более-менее она сохранилась. Ее построили почти поверх крепостной стены, потому что в 1146 году, когда ее решили построить, в этом небольшом „замке“ площадью около 2 гектаров уже почти не оставалось места, так что пришлось при строительстве выйти за его пределы».

Собор Богоматери в Нуайоне, деталь фасада. RFI/ G.Pevzner

Через город проходили римские дороги, поэтому с античных времен Нуайон был торговым городом. Здесь никогда не было сильно развитого производства, зато торговля стала основным занятием жителей, особенно торговля сельскохозяйственными продуктами. И сейчас здесь улицы носят названия когда-то существовавших рынков птицы, мяса и зелени. Античная традиция исчезла не совсем, всем известны малина и смородина из Нуайона, а в начале июля здесь проходит фестиваль садовых ягод.

Франсуаза Демаре:  «Нуайон был торговым городом, поскольку возник вдоль римской дороги, на которой было интенсивное движение, и, конечно, это способствовало торговле. Нуайон оставался торговым городом где-то, наверное, до появления железной дороги, до 1855 года. Линию, которая здесь проходит, построили по распоряжению Наполеона III. После этого торговли стало гораздо меньше, до этого здесь были рынки для местных жителей, но были также оптовые ярмарки, например, нынешний музей Кальвина находится на площади Пшеничного рынка. Купцы приезжали в Нуайон, останавливались здесь, и за счет этого жила часть города. С появлением железной дороги посетители ярмарки получили возможность уехать в тот же день, и поэтому жизни здесь стало меньше. Был рынок трав и овощей перед мэрией, место, где мы сейчас находимся, было частью рынка птицы, который располагался в одном и том же месте и в галло-римскую эпоху, и в Средние века.

Если бы средневековый человек попал в современный собор, он решил бы, что постройка не окончена: стены белые, не окрашенные. Стены собора в Нуайоне еще хранят краски Средних веков. RFI/ G.Pevzner

Здесь проходили раскопки, все-таки Нуайон был основан в 1 веке нашей эры и имеет богатую историю, и вот на этом участке, который называется-Де Борн, было найдено множество предметов и галло-римской эпохи, и Средневековья. Керамика, металлические предметы — очень много было найдено во время раскопок, и теперь эти предметы можно увидеть в Нуайонском музее. Там были найдены фрагменты гипокауста — это античная обогревательная система, которая употреблялась в термах. Так что надо действительно представлять себе Нуайон как древнеримский город, с храмами, цирком и термами.

В этом помещении, найденном в результате раскопок, отлично виден фундамент крепостной стены. Здесь можно видеть и саму стену, а место, где проводились раскопки, называли „Бойней“, потому что здесь в Средние века работали мясники. Этому есть подтверждения — там нашли огромное количество говяжьих костей, так что понятно, что здесь работали мясники. Также были найдены шахматы, средневековые, вырезанные из оленьих рогов, в нашем музее есть 9 фигур. И еще был найден стригиль, это такой скребок, который римляне использовали для мытья в бане: мыла тогда еще не было, так что люди мазались смесью из масла и пепла, а потом соскребали эту смесь, уже вместе со всей грязью. Так что термы здесь точно были».

Ягодный крамбл

мука 150 г
масло 125 г
сахар 150 г

ягоды (красная смородина, клубника или малина; можно смешать все три)
лимонная цедра и ванильное мороженое (для подачи)

Смешиваем муку и сахар, добавляем маленькими кусочками масло и хорошо перемешиваем. Тесто должно напоминать хлебные крошки.

Нагреваем духовку до 210°.

Моем ягоды, смородину снимаем с веточки, клубнику нарезаем.

Кладем ягоды в керамическое блюдо, смазанное маслом и покрываем крошкой из теста. Сверху посыпаем сахарным песком (для красивого цвета). Ставим в духовку на 30 мин.

Даем остыть (крамбл должен быть чуть теплым). Посыпаем тертой цедрой лимона и кладем шарик ванильного мороженого.

Нуайон — родной город Жана Кальвина, французского религиозного реформатора. Если вам повезет, то вам покажут в отдельном помещении собора каменный алтарь, снесенный еще по приказанию Рима и недавно восстановленный. У этого алтаря Кальвин прислуживал мальчиком и получал от церкви плату за свой труд. Тот день, когда он от платы отказался, и считается днем его окончательного поворота к Реформе. Рядом с собором — деревянная библиотека, также принадлежавшая каноникам. То, что она сохранилась — настоящее чудо. Полгорода было снесено немецкими зажигательными снарядами, и даже собор сильно пострадал, а деревянная библиотека с инкунабулами и редкими изданиями сохранилась. При этом книги отличаются удивительной сохранностью. Похоже, что каноники и не думали их открывать, это была просто инвестиция и признак богатства. Зато сегодня с первопечатными изданиями и рукописями могут работать ученые.

Кафедральный собор Богоматери в Лане

Богоматерь на фасаде собора в Лане опирается на местные артишоки. RFI/ G.Pevzner

Вслед за Нуайоном едем в Лан. Местный собор всего на пять лет младше нуайонского. Из-за этого местные жители называют их братьями, хотя соборы совсем не похожи. Не похожи и города. Нуайон стоит в равнине, а Лан — на возвышенности. Посреди пшеничных полей неожиданно возникает холм, а на холме город! Из-за такого месторасположение Лан всегда ценили французские короли. Неподалеку пролегала граница, а тут не город, а естественная крепость. Холм еще и укрепили крепостными стенами и цитаделями, частично существующими до сих пор.

Но Лан знаменит не только этим. В 12–13 веках это был один из крупнейших интеллектуальных центров Франции, сюда приезжал слушать проповеди Пьер Абеляр, хотя он и сам к тому времени был знаменитостью. Одна из витражных роз собора, самая старинная, рассказывает о том, какие науки здесь преподавались.

Роза 12 века рассказывает о науках, которым учили в Лане. Среди них риторика, геометрия, медицина и астрономия. Посередине человек с лестницей: вот так, взбираясь по ступеням, достигаешь высот знания. RFI/ G.Pevzner

Карин Обре, специалист по истории Лана:  «Роза северного трансепта собора — самый древний из витражей здания, он был изготовлен в 1170–1180х годах, во время строительства самого собора. Эта роза интересна тем, что на ней представлен светский сюжет: Пьер Абеляр затем изучал здесь эти науки согласно тому, что здесь представлено. Свободные искусства — это семь дисциплин, которые разделены на два цикла. Первый — это Тривиум, в него входят риторика, грамматика и диалектика, второй цикл — Квадривиум, и в него входят астрономия, арифметика, геометрия и музыка. Кроме того, здесь, в Лане, еще добавлена медицина, ведь чтобы лечить больных в хосписе, который был здесь в 12 веке, требовались хорошие врачи. Кроме того, здесь присутствует девятая картинка, в центре, на которой по сути объединены все эти науки, поскольку там изображены мудрость и философия: изучив все эти науки, вы становитесь мудрецом и философом. Он держит в руках лестницу, и она как раз символизирует путь к мудрости, поскольку постепенно обретая знания, вы по ней взбираетесь, ступень за ступенью, к мудрости. Пьер Абеляр учился тут, преподавал ему отец Ансельм, которому помогал его брат Рауль, но самым знаменитым в епископской школе в Лане был Ансельм. Что примечательно, сына Абеляра и Элоизы звали Астроляб, как раз этот самый инструмент держит в руках персонаж, изображенный на розе, на медальоне „астрономия“».

Ланский артишок

Снимаем с артишока несколько самых нижних (самых твердых) листьев, отрезаем стебель и кладем артишок вариться на пару. Через 12–15 минут он готов. Каждому достается артишок, который едят, отрывая листья, макая их нижнюю часть в соус и высасывая из листа его плоть. И так — пока не дойдем до сердцевины. На самой сердцевине расположится довольно колючий пух (ведь артишок — родственник репейника), а под этим пухом — самое вкусное: нежное артишоковое сердце. Такое нежное, что во французском языке существует поговорка: «сердце у нее (у него) — как артишок».

Сегодня в долине вокруг Лана располагаются поля и лес, а когда-то все холмы были покрыты виноградниками. Лан — один из центров французского средневекового виноделия. Известен и артишок из Лана, его еще называют парижским — столица забрала себе славу меньшего соседа. И артишок, и виноград изображены на фасадах собора, а высоко на башнях стоят фигуры быков. О том, как они здесь появились, рассказывает легенда.

Карин Обре:  «На фасаде собора в украшениях можно увидеть изображения растений, которые растут в округе, на гирляндах вокруг арок, на карнизах этажей собора. Там можно увидеть, например, капустный лист или знаменитый ланский артишок, а также виноградный лист — так как на ланском холме было много виноградников. Местные крестьяне выращивали эти растения, блюда из них были очень популярны, потому они и изображены на соборе в виде таких скульптур. Так что собор с одной стороны демонстрирует власть, которую ланский епископ имеет над городом, его характер и влияние, личность, с другой стороны, в статуях заметно местное влияние, как в изображениях растений, и даже в изображениях животных — если не считать, конечно, бегемота и носорога, которые расположены по бокам от центрального портала и здесь не водились.

Быки на башнях собора в Лане напоминают о легенде, когда белый бык спустился с небес и помог довезти камни, чтобы построить собор. Уже 800 лет, как эти быки пасутся в небесах Лана. RFI/ G.Pevzner

Что касается легенды о быках: собор в романском стиле, который стоял здесь ранее, сгорел в, шла речь о его реставрации, но выяснилось, что это невозможно, и потому было решено построить новое здание. И тут использован раннеготический стиль, в нем еще очень сильно влияние романской архитектуры, особенно это заметно в нижней части строения. Быки использовались для подвозки камней, но земля, которая сейчас у нас под ногами, как швейцарский сыр, она испещрена подземными галереями, тут около 70% пустот. Эти галереи проложены в известняковой породе, кроме того, тут добывали еще и песок — Лан использовал эти материалы для строительства предыдущих соборов. Однако в 12 веке эти карьеры были уже практически истощены, поэтому камень добывали в других местах. Примерно в 20 км к югу от Лана расположено плато Шемен де Дам, и там было не менее 200 карьеров, откуда камень везли сюда. Однако единственной возможностью доставить его были бычьи упряжки, потому что здесь нет больших рек, как в Амьене или Париже. Чтобы привезти один кубический метр камня, необходимо впрячь шесть быков, так что можно представить себе, сколько быков для этого понадобилось — тут почти 100 000 куб. метров камня. Огромное количество телег курсировало. Однажды одна из этих повозок застряла, так как один из быков умер от изнеможения на подъеме на холм, а пять быков тянуть уже не могут, особенно там, где уклон 13%. Животному пытались найти замену, но найти быка не удавалось. Так возникла легенда о том, как люди молились, просили чуда. Тогда, откуда ни возьмись, появился белый бык, присоединился к остальным пяти и возил камень вместе с ними, а когда пришла пора сдавать постройку хозяину — исчез. И в благодарность быкам, возившим камень, они изображены в скульптурах на фасаде здания. Всего их 16 штук, по 8 на башню, их там по одной паре на каждом углу, и вот уже 800 лет, как они пасутся на небе».

Этот камень, вмонтированный в пол Ланского собора, использовался в качестве эталона для строителей. Например, высота некоторых колонн равнялась стороне этого квадрата, умноженной на 20. RFI/ G.Pevzner

Марсель Пруст, раньше нас совершивший поездку по пикардийским соборам, тоже записал легенду о небесном быке.

«В Лане даже быков, возивших на холм, где высится храм, материалы для строительства, зодчий вознаградил за христианский труд, воздвигнув их изваяния у подножия башен: вы и сегодня можете видеть, как под гудящими колоколами, в неподвижном солнечном блеске „они вытягивают рогатые головы над огромным ковчегом, устремляя вдаль, к горизонту французских равнин, свои „внутренние мечты““. Ах, если они уцелели, что довелось им увидеть в этих полях, где весна теперь покрывает цветами одни могилы? Увы, самое большее, что могли получить здесь животные, — это право стоять вот так, под открытым небом, словно высовываясь из гигантского Ноева ковчега, остановившегося здесь, как на горе Арарат, посреди кровавого потопа».(Марсель Пруст, «Памяти убитых церквей»)

На фасаде собора в Лане изображена сцена Страшного суда. Среди грешников, отправляющихся в ад, человек в епископском одеянии: жители города в 12 веке ненавидели своего епископа за жадность. Кончилось тем, что толпа убила епископа и сожгла предыдущий собор. RFI/ G.Pevzner

Наши следующие остановки на пути готических соборов Пикардии — Суассон, Сенлис и Сен-Кентен.

 
К сожалению, время подключения истекло, действие не может быть выполнено.