Слушать Скачать Подкаст
  • *Новости 15h00 - 15h10 GMT
    Выпуск новостей 19/06 15h00 GMT
  • *Передача RFI 15h10 - 16h00 GMT
    Дневная программа 19/06 15h10 GMT
  • *Новости 18h00 - 18h10 GMT
    Выпуск новостей 19/06 18h00 GMT
  • *Передача RFI 18h10 - 19h00 GMT
    Дневная программа 19/06 18h10 GMT
Чтобы просматривать мультимедиа-контент, в вашем браузере должен быть установлен плагин (расширение?) Flash. Чтобы войти в систему вам следует включить cookies в настройках вашего браузера. Для наилучшей навигации, сайти RFI совместим со следующими браузерами: Internet Explorer 8 и выше, Firefox 10 и выше, Safari 3 и выше, Chrome 17 и выше...
РОССИЯ

«Чем больше они на нас давят, тем злее народ»: о протестах в Архангельске

media  
Протест с требованием прекратить строительство мусорного полигона в Шиесе, Архангельск, 7 апреля 2019 YouTube/ Шиес.Архангельск.Экопротест

В Архангельске продолжаются суды над участниками массовых протестных акций, прошедших 7 апреля. В тот день в городе состоялось многотысячное шествие и митинг — участники требовали немедленной остановки строительства мусорного полигона в Шиесе под Архангельском, а также отставки губернатора Игоря Орлова. Накануне он назвал протестующих «шелупонью», и его слова вызвали дополнительное возмущение среди жителей региона.

«Чем больше они на нас давят, тем злее народ»: о протестах в Архангельске 24/05/2019 - Александр Валиев Слушать

За участие в акциях 7 апреля оштрафован уже 41 человек, общая сумма штрафов перевалила за миллион. Тем не менее протест в регионе продолжается. 19 мая на площади Терехина прошел митинг-концерт против строительства на станции Шиес полигона для отходов, которые планируется завозить из Москвы. В акции, по оценкам организаторов, приняли участие порядка 7000 человек.

Протест в Поморье продолжаются с 2018 года. Мусорный полигон, который собираются соорудить в районе станции Шиес, может стать крупнейшим в Европе. Местные жители выступают категорически против этого проекта и считают его экологической катастрофой. По их словам, до сих пор не было проведено ни публичных слушаний, ни экологической госэкспертизы, ни оценки воздействия на окружающую среду, ни других необходимых для согласования проекта процедур.

Александр Сладкоштиев, инженер-эколог, член Комитета спасения Печоры: Тут имеет место нарушение федеральных законов: об охране окружающей среды, об экологической экспертизе, об основах местного самоуправления. Я проектировщик, сам с этим сталкиваюсь. Не то чтобы с проектами мусорных полигонов, но вообще, в целом проектная практика однотипна. Федеральных законов, которыми руководствуется проектировщик при принятии решений о реализации проектной документации, не так много.

RFI: Кто заказчик строительства?

Мы, если честно, этого даже не знаем. Видимо, это правительство Москвы. Их подрядчики, проектировщики — «МосводоканалНИИпроект», ЭкоТехноПарк «Шиес». Это те, кто стройку осуществляют. Это все, что мы знаем.

Но если экологические экспертизы не были проведены, проектную документацию вы не видели, как можно судить о том, насколько опасен или безопасен проект?

Есть объекты-аналоги, есть исследование территории, которое там проводилось. Это же не на Марсе все проводится. Некая изученность есть. Мы же видим, где строится объект, на какой почве. Он строится на достаточно заболоченном месте. Нормативно-правовыми актами, которые существуют в РФ, предусматривается, что захоронение отходов на болоте запрещено. Это предусматривается и водным кодексом, и инструкциями по строительству полигонов. Там, где подтопляемая территория, захоранивать отходы нельзя. Раньше, когда был ГУЛАГ, на эту территорию ссылались люди, там был рабочий поселок. Так там даже людей не хоронили, потому что территория подтапливалась. Уже тогда понимали, что закапывать там ничего нельзя.

Судя по вашим словам, строительство ведется с колоссальными нарушениями. А значит, остановить его в суде будет несложно. Зачем заказчики вкладывают деньги в безнадежное предприятие?

Видимо, эти люди уверены в своей безнаказанности, если стройка идет, если туда нагнали очень много охраны, если там присутствует на данный момент Росгвардия, МВД, и все они занимаются тем, что способствуют незаконному строительству. Нет у нас честного суда, который мог бы сказать: да, этот объект является объектом строительства, его нужно приостановить до проведения соответствующих общественных слушаний, государственной экологической экспертизы, Главгосэкспертизы. Ну, и чтобы дальше провести рекультивацию и запретить на этой территории какие-либо строительные работы, связанные с размещением отходов. Там сейчас такая ситуация, что очень большое количество силовых структур туда нагнали, частные охранные предприятия. Потом там непонятные люди в масках — возможно, это даже частные военные компании. Они все с оружием ходят, у них стрелковое нарезное оружие, кто-то видел даже, что гранаты разгружали. Они тоже готовятся со своей стороны оборонять эту незаконную стройку, все это, конечно, делается с ведома государства.

Андрей Боровиков, активист движения «Поморье — не помойка», стал фигурантом уголовного дела за неоднократное нарушение установленного порядка организации либо проведения митингов. Он первый в регионе, кого обвиняют по этой статье.

RFI: Андрей, на что надеется Архангельск? Вы протестуете который месяц, но стройку останавливать никто и не думает.

Андрей Боровиков: Если смотреть, допустим, на первые антимусорные митинги, которые проходили у нас буквально полгода назад, в самом Архангельске выходило в районе 3000–4000 человек. Сейчас это уже 8000. Плюс область, другие регионы. Естественно, наша цель — путем наращивания протестной активности граждан блокировать стройку в Шиесе. Нам важно также не только, чтобы к нам мусор из других регионов не привозили, но и чтобы мы свой мусор разделяли по европейскому образцу и полностью утилизировали. Что самое интересное — люди готовы, хотя это и неудобно, перестроиться, чтобы разделять мусор на пять-шесть контейнеров, вместо того, чтобы, как раньше, сваливать все в один. Конечно, нам противостоит огромная армия силовиков. Эти силовики ангажированы проправительственным бизнесом. Особенно ярко это видно в Ленском районе, когда наших активистов избивают охранники ЧОП «Гарант безопасности», а сотрудники полиции стоят в стороне и абсолютно ничего не делают. Полиция и охранники очень хотят вывести наших активистов на кровопролитие, на рукоприкладство, чтобы можно было ввести войска, тот же спецназ. В то же время мы стараемся не поддаваться на эти провокации. Перекрываем уже третий месяц подвоз топлива к свалке, и должным образом она, естественно, не строится. Конечно, мы давим на то, чтобы тем, кто строит этот полигон, чисто экономически стало невыгодно этим заниматься в Архангельске, чтобы они несли как можно больше убытков. Мы хотим, чтобы этот собственник, компания «Технопарк», зафиксировал свои убытки и искал регион с более спокойным населением, которое будет просто соглашаться и все это прожевывать.

Как вы думаете, почему Екатеринбургу за неделю удалось остановить строительство храма в сквере, а в Архангельске, несмотря на многочисленность протестных акций, не удается добиться желаемого уже несколько месяцев?

Храм — это не мусорный полигон, храм не принесет столько денег, сколько принесет мусорный полигон владельцам. Когда речь идет о самом большом в Европе полигоне, а анонсировали они его как самый большой в Европе, там совершенно другие деньги, нежели деньги в храме. И когда такие огромные деньги, естественно, заинтересованный бизнес до последнего борется за такую большую кормушку. Храм действительно можно чуть-чуть перенести, если такие мощные протесты.

Андрей говорит, что в Архангельске несколько удивлены и даже обижены тем, что внимание прессы значительно выше к протестам в Екатеринбурге, нежели к акциям в Поморье.

Андрей Боровиков: У нас здесь разворачивается преступление против человечности. У нас здесь будет экоцид, есть такая статья в УК, экологическая катастрофа, которая коснется огромного количества населения и отразится в дальнейших поколениях, потому что если пить воду из помойки, никто здоровее не станет. Плюс затронет и скандинавские страны, ведь это все попадает в Белое море, в Скандинавию.

Как ведут себя правоохранительные органы во время ваших акций? Много штрафов и задержаний?

После митинга 7 апреля были самые массовые задержания. И до этого штрафы были, я сам неоднократно получал штрафы за антимусорные протесты. Но самые массовые задержания были после митинга и шествия 7 апреля, так как они были признаны властью незаконными. Было задержано более 40 человек, которых оштрафовали на сумму более миллиона рублей. Мы путем пожертвований собираем средства и оплачиваем штрафы. Меня на данный момент судят по статье 212.1 УК РФ (Неоднократное нарушение установленного порядка организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования — RFI). Я первый человек в истории Архангельской области, которого судят по этой политической статье, и третий за всю историю современной России. У меня арестовали супругу на одни сутки, демонстративно, оказывая давление на меня. Одни сутки продержали, дали штраф 13 тысяч рублей за шествие. Родного брата арестовали тоже на сутки, дали ему 12 тысяч за шествие, 12 — за митинг. Давление ощущаем колоссальное, но в то же время здесь видим явный просчет власти и их устаревшие методички еще советского КГБ. Они не понимают: чем больше они на нас давят, тем народ становится не то, что протестнее по отношению к ним, он становится просто-напросто злее. И это подтверждается количеством вновь пришедших на наши митинги.

Власти как-то пытаются объяснить, зачем региону чужой мусор?

Конечно, они говорят, что это миллиардные доходы области. Но как можно мерить жизнь человека и нации в целом, и детей, даже тех, кто родится через год-два-три, в каких-то миллиардах? Ведь мы понимаем, что даже если действительно нам заплатят эти миллиарды, как ими распорядятся. Из нас точно никто не получит даже тысячу рублей от этого.

***

О строительстве мусорного полигона Шиес стало известно осенью 2018-го. В течение 20 лет на него планируется ежегодно свозить порядка 500 тысяч тонн отходов из Москвы.

Ссылки по теме
 
К сожалению, время подключения истекло, действие не может быть выполнено.