Гасан Гусейнов о словах и вещах
Морис Метерлинк о жизни чекистов
Морис Метерлинк в возрасте 40 лет
 
Слушать Скачать Подкаст
  • *Новости 15h00 - 15h10 GMT
    Выпуск новостей 17/07 15h00 GMT
  • *Передача RFI 15h10 - 16h00 GMT
    Дневная программа 17/07 15h10 GMT
  • *Новости 18h00 - 18h10 GMT
    Выпуск новостей 17/07 18h00 GMT
  • *Передача RFI 18h10 - 19h00 GMT
    Дневная программа 17/07 18h10 GMT
Чтобы просматривать мультимедиа-контент, в вашем браузере должен быть установлен плагин (расширение?) Flash. Чтобы войти в систему вам следует включить cookies в настройках вашего браузера. Для наилучшей навигации, сайти RFI совместим со следующими браузерами: Internet Explorer 8 и выше, Firefox 10 и выше, Safari 3 и выше, Chrome 17 и выше...
РОССИЯ

Востоковед: России было бы спокойнее, если бы американцы остались в Сирии

media  
Американские военные в Манбидже, Сирия, 1 ноября 2018 г. Courtesy Zoe Garbarino/U.S. Army/Handout via REUTERS

В Германии открылась 55-я Мюнхенская конференция по безопасности, на которой одной из основных станет тема сирийского урегулирования после разгрома группировки ИГ и ухода американских военных с севера страны. Накануне в Сочи прошла очередная встреча президентов России, Турции и Ирана в рамках «астанинского процесса». Востоковед Кирилл Семенов в интервью RFI рассказывает о рисках возникновения новых очагов исламистского терроризма на Ближнем Востоке и о том, как может измениться расстановка сил в Сирии после ухода американцев.

Востоковед: России было бы спокойнее, если бы американцы остались в Сирии 15/02/2019 Слушать

RFI: Вчера в Сочи была очередная встреча президентов России, Турции и Ирана. На ней стороны в частности призвали ООН помочь в восстановлении Сирии. В чем вы видите основной итог этой встречи в Сочи?

Кирилл Семенов: Основной итог в том, что в ближайшее время операции в Идлибе опять не будет. (Дмитрий) Песков об этом заявил. Хотя принято решение бороться с находящимися там группировками, то, как он отметил, военная операция пока не планируется. По крайней мере озвучено, что в ближайшее время масштабных военных операция ожидать не стоит. Остальные проблемы, которые там обсуждались, остались, скажем так, за кулисами. Здесь можно только догадываться. Это вопрос создания буферной зоны со стороны Турции в северной Сирии, вопрос конституционного комитета.

Окончательную победу над группировкой «Исламское государство» называют уже совсем близкой. Что сейчас осталось от ИГ в Сирии? Что происходит в последнем ее оплоте на востоке страны?

То, что ликвидируют курды у Хаджина, — еще не последнее. Есть еще достаточно крупная территория, которую они (ИГ) контролируют на правом берегу Евфрата — на территории, которую контролируют силы режима Асада, в пустыне у них достаточно обширная территория, недалеко от Евфрата. Там у ИГ еще анклав сохраняется.

Следует учитывать, что у ИГ есть террористические ячейки, которые могут действовать подпольно. Они есть, например, в Идлибе. Они действуют против находящихся там группировок оппозиции. Они существуют и в Ираке. «Исламское государство» в этом регионе может проявлять себя и дальше.

Каковы риски, что в этом регионе возникнут новые очаги группировки ИГ? Или она переродится? Или перейдет к партизанской войне?

То, что именно «Исламское государство» переродится, — это вряд ли возможно. Она потеряла все, что отличало ее от других группировок. Она владела территориями, владела практически миллионными городами, как Мосул и Ракка, то есть могла о себе заявить как о неком квазигосударстве, в отличие от той же «Аль-Каиды». Сейчас, когда ИГ всего этого лишилось, у нее нет преимуществ перед другими радикальными террористическими группировками, действующими примерно на том же направлении.

Вряд ли можно ожидать возрождения именно «Исламского государства». Но если говорить вообще о суннитском сопротивлении, то оно, возможно, будет проявляться в иных формах. Это возможно и в Ираке, где можно ожидать на фоне борьбы с «Исламским государством» новых репрессий против суннитского населения под предлогом их связей с ИГ. То же самое в Сирии после установления контроля Асадом над всеми территориями. Очаги уже есть, например, в провинции Дераа на юге Сирии. Там действуют подпольные группировки. Это проблема еще на очень долгое время. Там будут действовать подпольные (не обязательно террористические) группировки. Сопротивление определенное там будет.

Скоро американские военные покинут север Сирии — территории, подконтрольные курдам. На ваш взгляд, как это изменит расстановку сил на месте? Кто стане главным «бенефициаром» этого вакуума, который, возможно, создастся? Какая судьба ждет курдов, на ваш взгляд?

Пока что американцы уходят очень медленно. Достаточно сложно прогнозировать, когда они уйдут окончательно. Говорилось, что в апреле, хотя до этого были другие сроки. Сейчас они могут быть опять перенесены. Конечно, многое будет зависеть от того, как они будут уходить и кому передавать (территории на севере Сирии). Это вопрос создания буферной зоны в северной Сирии. Кто будет ее контролировать? Речь идет о некой третьей силе.

Это могут быть «Пешмерга Рожава» — те курдские группировки, которые находятся сейчас в Иракском Курдистане, но которые сами по происхождению из Сирии и которые имеют непростые отношения с (основанной сирийскими курдами — RFI) партией «Демократический союз», которая там правит. Они могут контролировать буферную зону. Либо это силы (оппозиционного деятеля — RFI) Ахмада Джарбы, который возглавляет партию «Сирия завтра». Он тоже имеет определенный вес, у него есть собственные (военные) силы. Он может также ввести свои войска в эту буферную зону.

Но процесс согласования сложный. Говорить что станет с курдами пока сложно. Не исключено, что большая часть Сирийских демократических сил раньше или позже будет введена в состав сил режима Асада. Но это может быть только при условии, что Асад сам согласится если и не предоставить курдам автономию, то как минимум сохранить структуру их партии «Демократический союз», сохранив ее лидеров в качестве управленцев на местах. Но пока что Асад к этому не готов.

Поэтому здесь все сложно. Кто станет бенефициаром (ухода американских военных) говорить пока рано. Но ясно, что нельзя сказать, что эта ситуация открывает перед Россией какие-то преимущества. Скорее, для России было проще, когда там были американцы. Все было более стабильно и не требовало принятия каких-то сложных решений, которые могут столкнуть ту же самую Россию и Турцию, полностью их поссорить.

Уход американцев возлагает на Россию большую ответственность?

Скорее даже не большую ответственность, а большие риски — в отношениях с той же самой Турцией. России было бы спокойнее, если бы американцы там оставались.

А что предлагает сама Россия для решения курдской проблемы на севере Сирии?

Она предлагала, чтобы курды получили автономию. Это указывалось в проекте Конституции, который был подготовлен российскими специалистами в конце 2016 года. Но Асад категорически не приемлет любые разговоры об автономии или федерализации Сирии.

Это еще и почва для конфликта Москвы и Дамаска?

Конечно. Вопрос несет в себе проблемный аспект для отношений Москвы и Дамаска.

Ссылки по теме
 
К сожалению, время подключения истекло, действие не может быть выполнено.