Слушать Скачать Подкаст
  • *Новости 15h00 - 15h10 GMT
    Выпуск новостей 20/04 15h00 GMT
  • *Передача RFI 15h10 - 16h00 GMT
    Дневная программа 20/04 15h10 GMT
  • *Новости 18h00 - 18h10 GMT
    Выпуск новостей 20/04 18h00 GMT
  • *Передача RFI 18h10 - 19h00 GMT
    Дневная программа 20/04 18h10 GMT
Чтобы просматривать мультимедиа-контент, в вашем браузере должен быть установлен плагин (расширение?) Flash. Чтобы войти в систему вам следует включить cookies в настройках вашего браузера. Для наилучшей навигации, сайти RFI совместим со следующими браузерами: Internet Explorer 8 и выше, Firefox 10 и выше, Safari 3 и выше, Chrome 17 и выше...
РОССИЯ

«Дело Оюба Титиева — попытка закрыть рот правозащитникам в Чечне»

media  
Вывеска московского отделения "Мемориала" (архив) REUTERS/Maxim Shemetov

В Чечне 9 января был задержан руководитель местного представительства правозащитного центра «Мемориал» Оюб Титиев. В чеченском МВД объявили, что в машине в правозащитника полицейские нашли 180 граммов «вещества с запахом марихуаны». Мария Шищенкова, координатор защиты для стран Европы и Центральной Азии международной организации Front Line Defenders, которая занимается поддержкой находящихся в опасности правозащитников, рассказала в интервью русской редакции RFI, почему обвинение против Оюба Титиева является абсурдным, и с какими рисками приходится сталкиваться правозащитникам в Чечне.

Мария Шищенкова о деле Оюба Титиева 10/01/2018 - Ольга Дмитриева Слушать

RFI: С чем может быть связано задержание Оюба Тититева — с каким-то из конкретных дел или с желанием припугнуть правозащитников в регионе?

Мария Шищенкова: Довольно сложно ответить на этот вопрос, потому что Оюб Титиев является одним из тех правозащитников в Чечне, кто продолжает работать, несмотря на то, что местные правозащитные организации уже давно занимают очень осторожную позицию. Потому что мы понимаем, чем чревато быть публичным правозащитником в Чеченской республике. Оюб занимался большим массивом дел. Для чеченских властей его правозащитная деятельность не была секретом. Но трудно сказать, что именно послужило триггером. Можно строить какие-то предположения, но с точностью мы не сможем дать ответ на этот вопрос. Это попытка закрыть правозащитнику рот и расправиться с «Мемориалом», который давно не угоден в Чечне. То, что Оюб — глава «Мемориала» в Чечне, безусловно, сыграло свою роль в этом задержании.

Почему именно такое обвинение — это же очевидная фальсификация?

Это уже некоторая тенденция, потому что это не первое обвинение в перевозке и распространении наркотиков. Если вы помните, общественный деятель Руслан Кутаев в 2014 году был осужден на четыре года по подобному обвинению. Он недавно вышел по амнистии. А также в Чечне находится сейчас в заключении Жалауди Гериев, который работал журналистом на «Кавказском узле» и писал часто на всякие неприятные чеченскому руководству темы. И мы уверены, что в обоих этих случаях, наркотики были подброшены. И мы знаем, что когда они находились в заключении, они оба подвергались пыткам.

Обвинение в распространении наркотиков — довольно удобное для дискредитации человека в чеченском обществе [средство]. Я думаю, именно поэтому его и используют. Но любой человек, который хоть раз в жизни встречался с Оюбом, никогда в это не поверит. Оюб, во-первых, спортсмен, во-вторых — практикующий мусульманин. Я никогда не видела, чтобы Оюб даже присаживался за стол, на котором стояло вино, не говоря уже о том, чтобы курить или что-нибудь еще. Это выглядит абсолютным абсурдом.

А как такие показательные задержания скажутся на работе других правозащитников в регионе?

Ситуация была настолько плохая до этого, что все эти люди, вроде Оюба, понимая и принимая опасность своей работы, продолжали работать, и они будут продолжать работать. Я думаю, что со времени убийства Натальи Эстемировой в Чечне, всем стало понятно, что люди, которые пытаются помешать правозащитной работе — люди безжалостные, у которых нет никаких границ, в том числе моральных. Потому что до убийства Натальи Эстемировой считалось, что женщина может вести себя несколько смелее в чеченском обществе, потому что невообразимо даже было подумать, что на женщину могут поднять руку. То с тех пор кажется, что все люди, которые продолжают работать по Чечне, это люди самоотверженные, которые знают, на что они идут и какому риску они себя подвергают.

А что можно сделать или кто может повлиять на то, чтобы приговор не был обвинительным, как это обычно бывает?

Несмотря на то, что ситуация выглядит патовой, не нужно сидеть сложа руки. Мы как граждане тоже можем много сделать в смысле распространения информации, чтобы объяснить, что это дело было абсолютно сфабрикованным, чтобы объяснить, чем занимается «Мемориал», почему он нужен, почему нужна правозащитная работа в Чечне, какие в Чечне проблемы. [Нужно проводить] как можно больше общественных кампаний, [распространять] информацию об этом деле — это поможет. Не могу сказать, что это освободит Оюба из Чечни, но это лучше, чем ничего не делать. Отчаиваться не нужно, и сам Оюб был бы недоволен, если бы мы отчаивались. Нужно бороться за то, чтобы был справедливый суд, и чтобы Оюб был освобожден, потому что обвинение совершенно несостоятельное.

А что будут предпринимать Front Line Defenders как организация, занимающаяся защитой правозащитников?

Мы предпринимаем ряд действий, не все из которых подлежат публичной огласке. Из того, что мы делаем публично — мы занимаемся адвокатской поддержкой, работаем со всеми институциями у которых есть мандат по защите правозащитников, со спецдокладчиком ООН по защите правозащитников. Может быть, вы видели, что комиссар Совета Европы сделал сегодня заявление по поводу Оюба. Ведется работа по информированию международных институтов. И также пытаемся распространять информацию о работе Оюба, о том, каким образом проходило его задержание, в каких условиях он сейчас находится, и мы будет продолжать это делать. В том числе мы вовлечены в целый ряд практических дел — Оюбу нужен хороший адвокат, нужно убедиться, что семья его ни в чем не нуждается.

Правозащитный центр «Мемориал» в Грозном занимается расследованием нескольких дел о похищенных и пропавших в республике жителях. Что будет с этими людьми, учитывая, что даже правозащитники лишены своих прав и на них оказывается такое давление?

Ситуация, безусловно, очень тяжелая, в Чечне у людей нет доступа к правосудию, и есть целый ряд дел, в которых даже сложно получить информацию. Люди очень запуганы и боятся не столько за себя, сколько за свои семьи, потому что в Чечне политика коллективной ответственности. Ситуация сложная, но тем не менее всегда находятся люди, для которых справедливость важнее, им нужно понимать, что случилось с их родственниками, они надеются, что виновные понесут ответственность, и они готовы вступать на этот трудный путь по поиску защиты, на соблюдение правосудия, в том числе они часто надеются на Европейский суд по правам человека, на другие какие-то механизмы.

И несмотря на то, что эта работа невидима постороннему взгляду, есть люди, которые работают и в Чечне, и по Чечне. К ним жертвы могут обращаться, чтобы получить какую-то помощь. В том числе ими ведется работа по информированию международного сообщества о том, что происходит в Чечне, потому что даже работа журналистов очень сложна, и журналистам сложно и опасно туда ездить. Точно так же люди боятся делиться какой-то информацией с журналистами, потому что они боятся последствий. Так что правозащитная работа в таких условиях — очень тяжелая, но не невозможная. И как ни странно, несмотря на все эти условия, несмотря на опасность, находятся люди, которые ее делают. И я надеюсь, что коллеги будут продолжать эту работу.

Ссылки по теме
 
К сожалению, время подключения истекло, действие не может быть выполнено.