Слушать Скачать Подкаст
  • *Новости 15h00 - 15h10 GMT
    Выпуск новостей 22/07 15h00 GMT
  • *Передача RFI 15h10 - 16h00 GMT
    Дневная программа 22/07 15h10 GMT
  • *Новости 18h00 - 18h10 GMT
    Выпуск новостей 22/07 18h00 GMT
  • *Передача RFI 18h10 - 19h00 GMT
    Дневная программа 22/07 18h10 GMT
Чтобы просматривать мультимедиа-контент, в вашем браузере должен быть установлен плагин (расширение?) Flash. Чтобы войти в систему вам следует включить cookies в настройках вашего браузера. Для наилучшей навигации, сайти RFI совместим со следующими браузерами: Internet Explorer 8 и выше, Firefox 10 и выше, Safari 3 и выше, Chrome 17 и выше...
РОССИЯ

Белла Рапопорт о насилии в семье: почему женщины боятся идти в полицию

media  
Getty Images

Президент Франции Франсуа Олланд в воскресенье, 31 января, помиловал 68-летнюю Жаклин Соваж, которая убила своего мужа, издевавшегося над ней и ее четырьмя детьми в течение 47 лет. Случай Жаклин Соваж получил широкую огласку и вновь поднял перед общественностью проблему насилия в семье. О том, почему женщины терпят так долго, о том, почему они не обращаются за помощью в полицию, а также об отношении российского общества к домашнему насилию у микрофона RFI рассказала журналистка, известная в России феминистка Белла Рапопорт.

По статистике каждый год во Франции от ударов мужей умирают более 100 женщин. Каждая пятая женщина признает, что хотя бы раз в жизни подвергалась физическому насилию со стороны проживающего с ней мужчины (будь то супруг или сожитель). И только 3% женщин решаются подать жалобу в полицию (по данным на 2009 год).

В России ситуация еще более ужасающая: согласно некоторым публикациям, в год в России 40 тысяч только зарегистрированных изнасилований и около 15 тысяч ежегодных смертей от руки партнера или мужа. При этом только 4% женщин обращаются за медицинской помощью и около 2% идут в полицию.

RFI: Почему женщине страшно обращаться за помощью в полицию, страшно вообще об этом говорить?

Белла Рапопорт: Тут сразу много факторов. Например, у женщин часто есть дети, им некуда пойти, и насильственные отношения создают такую ситуацию, когда женщина оказывается в вакууме — абьюзер постепенно избавляется и от друзей женщины, и с родными эта женщина не общается, и работы у нее чаще всего нет. Плюс всегда подорвана самооценка, потому что их и бьют, и психологически давят. Женщине кажется, что весь ее мир сосредоточен вокруг человека, с которым она живет, а сама она ничего собой не представляет и ничего не может сделать. В России это еще усугубляется отсутствием соответствующих законов и отношением правоохранительных органов, которые очень часто, даже если женщины обращаются и пишут заявления, эти заявления не принимают, говорят им «куда же ты пойдешь, зачем сажаешь отца своих детей» и так далее. Еще и отношение общества — все осуждают женщин. Каждый раз возникает вопрос «а что же она терпела, значит, она сама дура, она его спровоцировала». Конечно, очень страшно и стыдно вообще говорить об этом, ведь жертва насилия вообще очень часто думают, что причина в них, хотя это не так.

Во Франции в последние годы были приняты законы, которые разделили физическое и психологическое насилие. И теперь психологическое насилие карается по закону, есть даже средства это доказать и показать. Что в этом плане происходит в России? Вы говорили, что в России отсутствует законодательная база. Чего конкретно не хватает в России?

У нас собираются выводить из Уголовного кодекса такие статьи как побои, угроза убийством, причинение легкого вреда здоровью. При этом причинение легкого вреда здоровью — им считается все, если только тебе руку не оторвали и ты не умираешь — теперь будет административным правонарушением. Соответственно, незащищенными окажутся в первую очередь женщины. Во-вторых, у нас нет специализированного закона о домашнем насилии — у нас нет охранных ордеров, не ведется статистика, у нас это дело частного обвинения. То есть если женщина подает в суд на того, кто ее избивал, она должна сама собирать доказательства и улики, находить свидетелей, она должна ходить на все судебные заседания — если она не приходит, то дело разваливается. Сам процесс может длиться полгода-год. Поскольку у нас государственная политика направлена на укрепление семьи и профилактику абортов, то этих женщин уговаривают мириться с мужьями. Вся эта атмосфера создает благоприятную обстановку для того, чтобы эти женщины продолжали оставаться в семьях. Опять же нет охранных ордеров. Очень часто, даже если женщине удается развестись с тем, кто ее избивает, бывшие мужья угрожают, ходят за ними.

Получается, что в связи с бюрократическими процедурами плюс нежеланием полиции заводить уголовное дело у женщин просто опускаются руки предпринять хоть что-то для свое защиты. Существуют ли в России ассоциации, чтобы именно помочь таким женщинам уйти из дома? В Париже, например, существуют общежития, куда женщина может прийти с ребенком после того, как ее избил муж. Есть ли подобные начинания?

У нас есть кризисные центры — государственные или негосударственные. Поскольку государственная политика направлена на профилактику абортов и укрепление семьи, то в государственных центрах соответствующая ситуация. Есть негосударственные — у них нет никакой поддержки, к тому же некоммерческие организации могут признаваться «иностранными агентами». Я думаю, что в больших городах с этим получше, в маленьких — совсем тяжело.

Во Франции проводится государственная политика по информации женщин — заходишь в любой полицейский участок и там везде расклеены номера телефонов, куда женщина может позвонить, если она подверглась насилию, можно легко найти адреса в интернете. В России женщины информированы, что такие центры существуют? Как получить такую информацию?

Понимаете, у нас такая ситуация, что есть большие города с доступом в интернет, а есть огромная Россия, где, честно говоря, я вообще с трудом представляю, что происходит. По идее, можно поискать в интернете — у нас есть кризисный центр «Анна», и там общероссийская линия телефонов доверия. К сожалению, женщинам приходится искать информацию самим.

Можно ли вообще судить о психологическом состоянии общества по тому, как совершается насилие над женщинами, и по тому, как реагируют на это государство и само общество?

Я бы сказала, что у нас попустительское и поощрительное отношение к насилию в принципе. Кроме того, поскольку гораздо проще посадить женщину, которая уже отчаялась и взяла в руки нож или еще что-то и дала сдачи, то у нас в основном сидят женщины. В наших тюрьмах сидит много женщин, которые, скажем, после 10 лет побоев или насилия дали сдачу, причинили тяжелый вред здоровью, и теперь сидят.

Ссылки по теме
 
К сожалению, время подключения истекло, действие не может быть выполнено.