Слушать Скачать Подкаст
  • *Новости 15h00 - 15h10 GMT
    Выпуск новостей 19/05 15h00 GMT
  • *Передача RFI 15h10 - 16h00 GMT
    Дневная программа 19/05 15h10 GMT
  • *Новости 18h00 - 18h10 GMT
    Выпуск новостей 19/05 18h00 GMT
  • *Передача RFI 18h10 - 19h00 GMT
    Дневная программа 19/05 18h10 GMT
Чтобы просматривать мультимедиа-контент, в вашем браузере должен быть установлен плагин (расширение?) Flash. Чтобы войти в систему вам следует включить cookies в настройках вашего браузера. Для наилучшей навигации, сайти RFI совместим со следующими браузерами: Internet Explorer 8 и выше, Firefox 10 и выше, Safari 3 и выше, Chrome 17 и выше...
общий

Газеты: Нотр-Дам и благотворительность французов

media Нотр-Дам да Пари в ожидании реконструкции, 18 апреля 2019. REUTERS/Philippe Wojazer

В среду, 17 апреля, после заседания совета министров, посвященного реконструкции собора Парижской Богоматери, премьер-министр Франции Эдуар Филипп объявил о начале международного конкурса архитекторов. По словам главы правительства, Нотр-Дам будет восстановлен через пять лет, чтобы встретить Летние Олимпийские игры 2024 года, которые пройдут во французской столице. Но это «желание Елисейского дворца и Матиньона может столкнуться с реальностью», — пишет в четверг газета Le Monde.

В заметке, в которой газета опрашивает экспертов, рассказывается о трудностях реставрационных работ. Многие известнейшие во Франции и в мире архитекторы указывают на то, что длительность работ будет зависеть от выбранного проекта. Кроме этого, прежде чем начать восстановление, необходимо убедиться в том, что пострадавшему от огня собору не грозит дальнейшее разрушение, в частности, в районе горевшей северной башни (южная пострадала гораздо меньше). Газета указывает, что как раз в настоящее время идут работы по «диагностике» состояния собора. Так что называть цифру в пять лет пока еще рано, заключает газета.

Как бы в противовес Libération публикует заметку о «прецедентах» – других пострадавших от огня исторических сооружениях, которые позже были  восстановлены. Среди них – московский Манеж, правда, его реставрация вызывает вопросы не только у москвичей, но и у корреспондента газеты Libération Вероники Дорман. Но начинается заметка со слов «Dov’era, com’era»: именно так — «идентично и в том же месте» — власти Венеции распорядились восстановить исторический театр Ла Фениче, полностью сгоревший в декабре 2003 года. Причиной пожара был умышленный поджог: как установило следствие, два электрика пытались таким образом скрыть факт невыполнения своей работы в установленные сроки. Решение полностью восстановить театр было принято в ходе экстренного совещания в мэрии, через несколько часов после начала пожара. Для этого пришлось разрушить остатки структуры здания, а потом возвести новое. Руководивший работами архитектор Элизабета Фабри объяснила это тем, что на маленьких площадях Венеции было невозможно проводить масштабные реставрационные работы. Тем не менее, через восемь лет театр был полностью восстановлен. «Это можно было сделать и раньше, – считает Элизабета Фабри, – Но нам помешали бюрократическая волокита и юридические проблемы, связанные с финансированием работ.

В отличие от театра Ла Фениче, московский Манеж был отреставрирован не «идентично», а даже «улучшен», в глазах тогдашнего мэра российской столицы Юрия Лужкова. Он давно мечтал сделать из Манежа торговый центр, отметила журналист газеты Вероника Дорман. Пожар, случившийся в вечер победы Владимира Путина на президентских выборах, уже сам по себе символичен. Но реставрация Манежа вызвала у любителей истории еще большую боль, чем сам факт пожара. «Реставрация методом кремации», — писал тогда архитектурный критик Григорий Ревзин. Многие тогда подозревали Лужкова в том, что он намеренно поджег Манеж, так как уже на следующий день на его восстановление была выделена сумма в 25 миллионов евро и был полностью готов проект работ. В отличие от сгоревшего Манежа, новый имел внутри два подземных этажа с автомобильной стоянкой. Зато восстановлен был всего через год.

Глядя на горящий Нотр-Дам, многие японцы вспоминали Золотой павильон Киото, Кинкаку-дзи. Сгоревший полностью 2 июля 1950 года, он был восстановлен за три года. Работы начались в 1952 году и завершились в 1955, пишет газета.

2 сентября прошлого года весь мир увидел телевизионные кадры горящего Национального музея в Рио-де-Жанейро. Мало что осталось от его богатой коллекции, ранее считавшейся пятой в мире по количеству экспонатов. От бывшего королевского дворца теперь остался только фасад, бывшие работники музея организовали группу волонтеров, пытаясь избежать его окончательного обрушения. Пока никакого проекта восстановления здания нет, ЮНЕСКО еще не завершило работу над своим отчетом о возможности реконструкции. Бывший президент Бразилии Мишель Темер выделил на эти цели 12,5 миллионов евро, но непонятно, как средствами распорядится новый глава государства Жаир Болсонару, который, как известно, ненавидит культуру, завершает свой рассказ газета Libération.

В другой статье, размещенной в разделе CheckNews, Libération проверила факты, связанные с благотворительностью французов. Поводом послужил вопрос, распространенный в социальных сетях по поводу сбора средств на реконструкцию Нотр-Дама. Он звучит примерно так: «Богатые жертвуют на восстановление собора немалые деньги, а почему они не могут помочь бедным?»

Газета публикует конкретные цифры. На сегодняшний день на собор Парижской Богоматери было собрано около миллиарда евро. «Для сравнения, в 2018 году общая сумма пожертвований во Франции, вне зависимости от целей, достигла 7,5 миллиардов евро», — пишет газета. Из них 4,6 миллиардов пожертвовали частные лица, остальное — предприятия. Если подсчитать, сколько из этих денег пошло на социальные нужды, то есть, на «помощь бедным слоям населения», то частные лица пожертвовали около полумиллиарда (газета здесь приводит данные 2015 года).

Но это неполная цифра, так как речь идет о благотворительности, отмеченной в налоговых декларациях (как известно, при этом снижаются налоги). Не все французы жертвуют деньги с целью избежать налогообложения. Кроме этого, не учитываются средства, перечисленные французами на еду бездомным в общеизвестный французский фонд «Рестораны сердца» (Lеs restos du cœurs). Что касается предприятий, то данные также неполные. Согласно данным благотворительной ассоциации Admical, в 2018 году в налоговых органах предприятия Франции задекларировали 2 миллиарда евро пожертвований, из которых 28% — на социальные нужды. То есть, тоже около полумиллиарда евро. Другими словами, французы ежегодно тратят около миллиарда на помощь самым бедным слоям населения, делает вывод газета.

Le Figaro, в свою очередь, публикует заметку о благотворительности. В ней говорится о том, что с момента отмены во Франции так называемого «налога на богатство» количество жертвователей резко снизилось.

Реформа этого налога была предложена президентом Франции Эмманюэлем Макроном, который намеревался повысить инвестиции накоплений французов в экономику. Реформа была принята парламентом в 2017 году, и с 2018 года этим налогом (ISF) облагается лишь дорогая недвижимость, от него освобождаются акции, облигации и другие ценные бумаги. Еще тогда левая оппозиция осудила реформу как «подарок самым богатым» французам. Как выяснилось сегодня, по итогам 2018 года освобожденные от этого налога французы предпочли не инвестировать освободившиеся деньги в экономику. Более того, они стали меньше давать денег на благотворительность. Если раньше сумма пожертвований вычиталась из общей суммы налога, и таким образом богатые французы могли уменьшить сумму налоговых выплат (по принципу, лучше давать бедным, чем государству), то теперь в этом нет смысла, так как налог уже снижен. Логика проста.

Согласно данным, которые публикует Le Figaro, за год объем пожертвований от богатых слоев населения во Франции снизился на 20%.

Ссылки по теме
 
К сожалению, время подключения истекло, действие не может быть выполнено.