Слушать Скачать Подкаст
  • *Новости 15h00 - 15h10 GMT
    Выпуск новостей 18/09 15h00 GMT
  • *Передача RFI 15h10 - 16h00 GMT
    Дневная программа 18/09 15h10 GMT
  • *Новости 18h00 - 18h10 GMT
    Выпуск новостей 17/09 18h00 GMT
  • *Передача RFI 18h10 - 19h00 GMT
    Дневная программа 17/09 18h10 GMT
Чтобы просматривать мультимедиа-контент, в вашем браузере должен быть установлен плагин (расширение?) Flash. Чтобы войти в систему вам следует включить cookies в настройках вашего браузера. Для наилучшей навигации, сайти RFI совместим со следующими браузерами: Internet Explorer 8 и выше, Firefox 10 и выше, Safari 3 и выше, Chrome 17 и выше...
КУЛЬТУРА

Параджанов. Гений против серости

media Кадр из фильма «Параджанов» Festival du film «Nuits noires» de Tallinn (PÖFF)

7 января во французский прокат выходит фильм Олены Фетисовой и Сержа Аведикяна «Параджанов», посвященный жизни уникального автора, яркой творческой личности, которую не сломали даже пять лет лагеря. Серж Аведикян, лично знавший режиссера, рассказал в интервью RFI о том, как создавался этот рискованный проект: снять фильм о гениальном режиссере, известном своим уникальным киноязыком, не копируя его метод.

Гений противостоит не толпе. Гений противостоит заурядности. Этот афоризм Сергея Довлатова может быть вполне применим к Сергею Параджанову – «режиссеру-фокуснику», который был тотальным художником: когда ему запрещали снимать, он создавал коллажи (из ничего), и говорил, что каждый коллаж – это маленькая короткометражка. Он расцвечивал будни, противостоя серости, и пытался каждый момент жизни превратить в яркое событие. Он режиссировал саму жизнь, но жизнь оказалась капризной актрисой. Счет, который окружающая серость выставила ему за «вечный праздник» (В.Катанян), оказался высоким. Между его фильмами «Тени забытых предков» и «Легенда о Сурамской крепости» прошло 15 лет, в течение которых он не мог снимать.

Серж Аведикян Kèoprasith Souvannavong / RFI

Один из режиссеров фильма «Параджанов» и исполнитель заглавной роли, Серж Аведикян, всю жизнь прожил во Франции, где родились его родители, хотя сам родился в Ереване. Его дед и бабушка бежали от турецкого геноцида, сначала обосновались в Болгарии. Затем перебрались во Францию, где и родились родители Сержа. В 1947 году они вернулись в Советскую Армению в рамках кампании, начатой СССР по возвращению эмигрантов, чудом избежали тюрьмы, а в возрасте 15 лет Серж с родителями окончательно вернулся во Францию. Режиссер и актер, Серж Аведикян снимался у известных французских режиссеров, в том числе, у другого знаменитого «французского армянина», Робера Гедигяна. В качестве режиссера он снял несколько фильмов и короткометражек, а его мультфильм «Лающий остров» получил в 2010 году каннскую Золотую пальмовую ветвь лучшему короткометражному фильму.

- Аудиоверсию передачи можно послушать здесь

Сергея Параджанова, которому 9 января 2015 г. исполнился бы 91 год, он знал лично.

RFI: Каким человеком был Параджанов?

Серж АВЕДИКЯН: - Я лично знал Параджанова, познакомился с ним в 1983 году в Тбилиси, после тюрьмы, когда он еще только начинал снимать «Легенду о Сурамской крепости». Потом, в 1988 и 1989 в Париже, а потом он был в больнице, в Париже тоже, это были последние дни Параджанова. Мы дружили, он знал, что я актер, молодой режиссер. А я очень любил его и сделал все, чтобы во Франции люди увидели картины Параджанова. Он был настоящим артистом, свободным артистом – но этого мало сказать. Он был фокусником. Он делал все, чтобы в жизни все моменты были тоже интересны. Он делал в жизни такую мизансцену, чтобы каждый момент было интересно жить. Если нет – это скучно. Мне посчастливилось несколько раз быть с ним наедине. И я видел, как изменяется маска, я видел одиночество этого человека. Потому что он был всегда как в театре, когда были зрители. А когда был один – он был уставшим человеком, сказывалась его болезнь. Но оставался интересным человеком, с очень богатой внутренней жизнью.

Отрывок из фильма "Параджанов", реж. О.Фетисова и С.Аведикян

Перед вами стояла непростая задача: с одной стороны показать эту богатую личность, а с другой избежать дублирования на экране его методов, как вы с этим справлялись?

- Здесь был огромный риск: мы не должны были ничего копировать, а ведь он умер не так давно, мы хорошо его помним. И потом стиль Параджанова совершенно уникален, только Параджанов делал такие фильмы. Я думаю, надо было дать почувствовать сегодняшнему зрителю мир Параджанова, быть в его атмосфере, быть в его представлении. Я так и работал над сценарием и над ролью. Я взял на себя риск быть Параджановым, а не играть Параджанова, не изображать его, а быть таким, каким был он. А когда я узнал, что я должен быть режиссером фильма (сначала я должен был только играть роль Параджанова), здесь я понял, что я могу не играть режиссера-Параджанова, а быть Параджановым как режиссером этого фильма. Я представлял себе, что он возвращается после смерти и снимает фильм о своей жизни и воспоминаниях, и как он это делает – совершенно иначе, как очень свободный человек.

В начале фильма мы видим, как любовно выстраивал Параджанов кадр, как он уделял огромное внимание малейшей детали. Как вы выстраивали кадр?

- Когда после тюрьмы Параджанову не давали снимать, он начал делать большие коллажи, и он представлял, что каждый коллаж это маленький фильм. Его руки всегда работали, он всегда был на работе – я это видел собственными глазами. Мне посчастливилось работать с Сергеем Михальчуком, очень талантливым украинским оператором, и Владом Рыжиковым, талантливым молодым декоратором. Мы очень хорошо понимали друг друга и могли быть и очень свободными, и очень эстетичными на кадре. Чтобы наш взгляд на Параджанова сегодня был равновеликим режиссеру, чтобы быть как бы в диалоге с ним. Так получилось, что фильм не копирует Параджанова, но позволяет узнать его. Потом, я очень хотел, чтобы спецэффекты на фильме были такие «примитивные», какие он любил делать в своих коллажах. Когда мы видим кадры его мизансцены на «Тенях забытых предков», я решил, что в этом моменте он скажет «мотор» и затем мы видим, как он объясняет, как надо работать. Это спецэффекты в стиле Мельеса, в стиле первых трюкажей в кино. Мы даем смотреть части фильма Параджанова, а он снимает эти фильмы в нашем фильме.

Коллаж Сергея Параджанова из собрания Музея Параджанова в Ереване parajanovmuseum.am

В фильме Параджанов говорит: «чтобы стать гениальным советским режиссером надо отсидеть в тюрьме»…

- … и быть гомосексуалистом тоже (смеется).

Как вы считаете, та цена, которую заплатил Параджанов за то, чем он был и в художественном смысле, и в личном, это стало для него действительно обогащающим опытом?

- Я думаю, что власти хотели, чтобы он больше не говорил с молодежью, потому что он говорил то, что другие говорить не осмеливались. Он всегда хотел, чтобы молодые режиссеры, его ученики, были свободными, без конформизма. Поэтому, я думаю, власти хотели, чтобы он больше не работал и не представляли, что после пяти лет такой строгой тюрьмы, он сможет еще творить. Кстати, он сказал это о Тарковском: «ты не гений, а просто очень талантливый, потому что ты не сидел, как я». Кстати, Тарковский был единственным режиссером, написавшим письмо Брежневу, чтобы заступиться за Параджанова: «что вы делаете с этим человеком, который яляется гениальным режиссером?». В Советском Союзе мало кто рискнул это сделать.

На Западе многие высказались в его поддержку: говорят, что роль Ива Сен-Лорана была решающей…

- Да, многие, и Лиля Брик, и Бретон, Мастроянни и Питер Брук к нему ездили после тюрьмы, я тоже ездил, это было в 1983 году.

Сцена с визитом Мастроянни к Параджанову в Тбилиси реальная?

- Да, Мастроянни был у Параджанова, есть фотографии.

В 1988 году Параджанов приехал в Париж, эту сцену мы видим в фильме, когда он произносит речь на вечере в центре Помпиду и говорит: «для меня кинематограф это великий немой». Это его реальное выступление?

- Ну, он говорил такие вещи. В его фильмах, как и в фильмах Пелешьяна, как в фильмах Тарковского, очень мало диалогов. Потому что о чем говорить, когда идеология не дает говорить свободно? Эти люди нашли собственную стилистику, надо было понимать, как установить связь со зрителем, найти такой кинематографический язык, чтобы быть свободным. А если говорить, как в театре, там уже слова дают понять, что ты думаешь. Поэтому они так любили язык кино – настоящий язык кино, немое кино.

Известно, что Параджанов выбирал композиторов, которые понимали этническую, фольклорную музыку. Как вы работали с вашим композитором, Мишелем Карски?

- У нас было совсем по-другому. Мишель Карски – он, кстати, прекрасно говорит по-русски, родился в еврейской эмигрантской семье – он как раз никогда не работал в фольклорной музыке. Я очень люблю работать с ним, мы сделали вместе восемь фильмов (короткометражных и полнометражных), потому что он дает всегда не психологическую или иллюстративную музыку, а немножко сложную музыку. Мы много работали с музыкой в тех частях, где мы видим сны Параджанова, где нет текстов, а только звуки, «Дуэль», «Арфа»…

…это настоящие звуковые симфонии, музыка плюс звуки…

- И это отлично для кинематографии, потому что такая музыка дают возможность не понимать, а чувствовать происходящее. А Карский не работает для кино, но для меня это интересный композитор.

Напомним, что в прошлом году выдвигался от Украины на Оскара, и был показан в прокате России, Грузии и Армении.

В 2007 году в рамках года Армении во Франции в Париже проводилось несколько выставок и ретроспектив, посвященных творчеству Сергея Параджанова, в частности, выставка «Параджанов великолепный», на которой были представлены коллажи из Музея Параджанова в Ереване.

Ссылки по теме
 
К сожалению, время подключения истекло, действие не может быть выполнено.