Гасан Гусейнов о словах и вещах
Морис Метерлинк о жизни чекистов
Морис Метерлинк в возрасте 40 лет
 
Слушать Скачать Подкаст
  • *Новости 15h00 - 15h10 GMT
    Выпуск новостей 20/07 15h00 GMT
  • *Передача RFI 15h10 - 16h00 GMT
    Дневная программа 20/07 15h10 GMT
  • *Новости 18h00 - 18h10 GMT
    Выпуск новостей 20/07 18h00 GMT
  • *Передача RFI 18h10 - 19h00 GMT
    Дневная программа 20/07 18h10 GMT
Чтобы просматривать мультимедиа-контент, в вашем браузере должен быть установлен плагин (расширение?) Flash. Чтобы войти в систему вам следует включить cookies в настройках вашего браузера. Для наилучшей навигации, сайти RFI совместим со следующими браузерами: Internet Explorer 8 и выше, Firefox 10 и выше, Safari 3 и выше, Chrome 17 и выше...

Александр Сокуров: звук - это душа фильма

Александр Сокуров: звук - это душа фильма
 
Афиша ретроспективы Александра Сокурова в Национальной галерее Же де Пом. jeudepaume.org

Во Французской национальной галерее «Же де Пом» (Jeu de Paume) с 19 октября по 6 февраля проходит ретроспектива фильмов Александра Сокурова. Его фильм 1993 года «Тихие страницы» («Des pages cachées», «спрятанные» или «тайные» страницы) дал название этой ретроспективе: «Александр Сокуров: тайные страницы». Режиссер приехал на открытие в Париж, что дало нам возможность встретиться с ним и поговорить о разных - известных и менее известных - сторонах его творчества. В интервью RFI Александр Сокуров говорит о своем видении кино, о музыке, о звуке, о новом союзе кинематографистов России и о Париже.

Имя Александра Сокурова хорошо знают во Франции. В 1988  году его фильм «Дни затмения»  демонстрировался во французском прокате. С 1999 года он неоднократно участвовал в Каннском фестивале, где его картины были премированы разными призами («Молох», приз за лучший сценарий, 1999 г., «Отец и сын», приз ФИПРЕССИ, 2003 г.)

Отборщица программы «Александр Сокуров: тихие страницы» Даниель Ибон писала, представляя эту ретроспективу: Александр Сокуров хорошо известен нам своим эстетическим и духовным подходом к кинематографу, мы знаем его «пасмурную поэтику». Но в меньшей степени нам знакома интонация его голоса, комментирующего происходящее в кадре, его монтаж документов истории советской и постсоветской России, который усиливает мандельштамовский «шум времени».

В программу «Тихие страницы» включено 22 фильма Александра Сокурова разных лет, причем акцент сделан на его документалистике, которая, действительно, в меньшей степени знакома французскому зрителю. В подборку вошли несколько его «Сонат», включая первую, «Сонату для Гитлера»  1977 года, «Элегии»,  в том числе «Элегия жизни» (фильм о Мстиславе Ростроповиче и Галине Вишневской), часть этих картин демонстрируется во Франции впервые.

«Ленинградская ретроспектива. 1957-1990», Александр Сокуров, 2008. DR

На открытии была показана новая версия монтажной картины «Ленинградская ретроспектива», которую представили сам Александр Сокуров и его давний соавтор, Алексей Янковский. На следующий день в Национальной галерее должны были показывать  их совместную  работу – документальную ленту о поездке в иракский Курдистан. 

Александр Сокуров на встрече со зрителями в Национальной галерее Франции "Же де пом". И.Домбровская/RFI

Александр Сокуров: Завтра будет картина, которую, в общем, делал Алексей, я помогал только. Так сложились обстоятельства, что моя помощь была необходима, видимо. Могу сказать, что картина очень интересная, серьезная, с великолепной, в том числе, операторской работой, снимала француженка, французский оператор. Не ленивая, серьезная картина, с серьезной поездкой в непростое место — в Курдистан. Это стоит посмотреть. Ну, и как тенденция, отношение к этому народу. Этот фильм — попытка обратить внимание на положение этого народа, на сам народ, на людей. Это гуманистическя картина в высшем смысле этого слова.

Какое место занимает документальное кино в вашем творчестве? Ведь вы начинали с документального кино, ваш профессор во ВГИКе был замечательный мастер научно-популярного, как тогда говорили, кино — Згуриди...

Александр Сокуров: Я еще до Згуриди на телевидении работал и защищался, кстати, во ВГИКе не вгиковской работой, а работой, которая была еще сделана на телевидении, где я работал до ВГИКа еще. Поэтому, нельзя сказать, что я учился у Згуриди и поэтому, совсем нет. Это было заложено много раньше моим учителем с нижегородского, горьковского, телевидения Юрием Беспаловым. Совсем не Згуриди. Документальное кино — это составляющая часть моего жизненного процесса. На самом деле, без документального кино для меня не может быть игровой картины, без игровой картины не может быть документального кино. Это один процесс, это течение одной реки, только с разных берегов мы заходим в нее.

Кажется, что документалистика играла даже большую роль для вас.

Александр Сокуров: Нет, нет...

Я вспоминаю фильм «Советская элегия» с Б.Ельциным, яркий перестроечный фильм...

Александр Сокуров: А, это... Ну, я тогда просто не замечал тогда такого внимания к себе и к этой картине. Это важная картина и, на самом деле, там вокруг нее и около нее, и рядом с ней делались еще игровые картины — много было разных. Это часть моей жизни. Я не могу ни одну из картин считать лучшей или худшей. Если там есть недостатки — в каждой моей картине есть недостатки.

Организаторы предпослали этой ретроспективе строки из стихотворения Мандельштама «1 января 1924»:

Кто веку поднимал болезненные веки —
Два сонных яблока больших,—
Он слышит вечно шум — когда взревели реки
Времен обманных и глухих.

Вам близок этот — столь мрачный — взгляд, который бросает Мандельштам, оборачиваясь на свой век?

Александр Сокуров: Очень люблю Мандельштама, не считаю его мрачным.

...пессимистом?

Александр Сокуров: Нет, и не считаю его пессимистом. Это великая поэзия, которая многозначна, в которой много настроений и в которой много мыслей. Она содержит объемные образы, а объемные образы никогда не носят одной интонации, одной ноты, это всегда полифония. И с какой стороны подойти к этому? Потому что его «Ленинград, Ленинград, я еще не хочу умирать» можно воспринимать как мрачные вещи, а можно это воспринимать как силу протеста и силу эстетического блеска какого-то, бурлеска, не знаю, чего угодно. Правда? Нет, я никак не могу себя соединить...

...с мрачной поэтикой?

Александр Сокуров: Абсолютно нет. Я просто очень серьезно отношусь к тому, что я делаю. К сожалению, мой удел такой, что я к своей профессии вынужден относиться очень серьезно.

По поводу отношения к профессии: рассказывают, что у вас какие-то совершенно особые методы работы с кинокамерой, вы можете немного приоткрыть ваши секреты?

Александр Сокуров: Это так. Ко многим фильмам мои друзья, петербургские оптики, которые занимаются и гражданской, и военной оптической практикой, сконструировали специально по моей просьбе объективы, которые существуют в одном экземпляре. Мы сейчас снимали «Фауста» и Брюно Дельбоннель (Bruno Delbonnel) у нас был оператор — французский блестящий оператор, которого я очень люблю — и он также работал на нескольких объективах, которые существуют в одном единственном экземпляре. Действительно, я очень много пытаюсь работать с новой оптикой, потому что считаю, что оптика — одна из больших проблем кинематографического мастерства. Оптика приучает режиссера к лени, много за режиссера делает, я хочу преодолеть природу традиционной оптики, и у меня есть свои идеи по этому поводу. К сожалению, не всегда есть средства, не всегда есть время для того, чтобы это реализовывать в полной мере, как хотелось бы, но я очень решительно работаю с оптикой.

Тот есть, это что-то, сделанное руками, это не какие-то цифровые новшества?

Александр Сокуров: Это оптика, которая есть оптика, в которой есть линзы, есть призмы. У меня есть объектив, в котором нет ни одной линзы, у него другая конструкция — стекло специальное оптическое. Вот это, на самом деле, серьезный очень процесс.

Для нас, радийщиков, звук — это самое главное. Звук в ваших фильмах играет огромную роль: можно закрыть глаза и смотреть фильм ушами. Как вы работаете со звуком?

Александр Сокуров: Потму что я считаю, что звук не должен иллюстрировать сюжет фильма. Звук самостоятелен. Звук — это душа фильма. Изображение — это его ноги, динамика. А звук — это душа фильма. Над этой сущностью мы работаем очень серьезно: это шумовая атмосфера, это музыкальные темы, в первую очередь, мелодические темы, музыкальные, которые я люблю, ценю очень. Именно с помощью музыкального контекста мелодических разнообразных приемов, использования мелодических тем, мы пытаемся создать какую-то душевную и образную систему в кино.

Кто ваш зритель? В фильме «Элегия жизни» есть момент, когда вы показываете лица зрителей-европейцев на концерте классической музыки и говорите: благодаря вам искусство живет...

Александр Сокуров: Когда я сидел в этом зале на репетиции, потом на концерте — в Венском зале... Вот это — мой зритель, это моя мечта — иметь такого зрителя. Мой зритель — это зритель на концертах в большом зале Санкт-петербургской филармонии. Я смотрю на лица этих людей и это моя семья. Я люблю этих людей, это гордость, честь и достоинство русского общества. Люди, которые приходят в филармонические залы России, и в Петербурге, и в Москве, и в городах по Волге — это особые, удивительные, уникальные и высокие люди. Мне нужно еще дотянуться до них.

Ваше отношение к Парижу, что для вас этот город?

Александр Сокуров: Прекрасный город, конечно. Это единственный город, где на самом деле странствует и существует, и затаилось настоящее кино. Я не могу ни один город сравнить по либеральности и толерантности кинематографической. Это, безусловно, кинематографическая столица мира, конечно. Я это говорю не исходя из количества кинотеатров - я просто не знаю, сколько здесь кинотеатров - а я просто знаю о внимании публики, о том, что зрители, публика, приходит и смотрят даже самые, казалось бы, сложные, или самые, казалось бы, дебютные работы. Терпеливо смотрят, слушают, говорят. Ну, как сегодня - у нас был полный зал...

...зрителей, среди которых были известнейшие французские актеры и кинематографисты, Аньес Варда, Мишель Пикколи, и молодежь...

Александр Сокуров: Да,и я благодарю их за это. Но при этом они терпеливые и мужественно-либеральные. Слушают, воспринимают, и думают над трудом их коллеги из России. Это благородное качество. И да здравствует Париж!
 

  1. 1
  2. 2
  3. 3
  4. ...
  5. далее >
  6. в конец >
АУДИОАРХИВ
 
К сожалению, время подключения истекло, действие не может быть выполнено.