Слушать Скачать Подкаст
  • *Новости 16h00 - 16h10 GMT
    Выпуск новостей 15/12 16h00 GMT
  • *Передача RFI 16h10 - 17h00 GMT
    Дневная программа 15/12 16h10 GMT
  • *Новости 19h00 - 19h10 GMT
    Выпуск новостей 15/12 19h00 GMT
  • *Передача RFI 19h10 - 20h00 GMT
    Дневная программа 15/12 19h10 GMT
Чтобы просматривать мультимедиа-контент, в вашем браузере должен быть установлен плагин (расширение?) Flash. Чтобы войти в систему вам следует включить cookies в настройках вашего браузера. Для наилучшей навигации, сайти RFI совместим со следующими браузерами: Internet Explorer 8 и выше, Firefox 10 и выше, Safari 3 и выше, Chrome 17 и выше...
ФРАНЦИЯ

Французский май 1968 года: как это было полвека назад

media  
Полиция и протестующие на улице Сен-Жак в Латинском квартале Париже 6 мая 1968 AFP

Ровно полвека назад Франция пережила масштабные потрясения, которые вошли в историю как «Май 1968 года» или «Красный май». Студенческие волнения в Париже переросли в первую во французской истории стихийную всеобщую забастовку, а затем в политический кризис, роспуск парламента и досрочные выборы. Хронология событий и саундтрек революционных событий — в материале RFI.

Затишье перед бурей: «Когда Франция скучает»

Французский май 1968 года: как это было полвека назад 08/05/2018 - Дмитрий Гусев Слушать

События весны-начала лета 1968 года во Франции сравнивают с революцией, которая хоть и не привела к обрушению государства, но оказала решающее влияние на трансформацию власти и общества, дала импульс к серьезным политическим, социальным и культурным изменениям.

В начале 1968-го приближение взрыва, впрочем, никто не ожидал. Символом затишья перед бурей для историков стала колонка, опубликованная в газете Le Monde 15 марта. Статья Пьера Вианссона-Понте с названием «Когда Франция скучает» (Quand la France s'ennuie…) начиналась словами: «Если что и характеризует сейчас нашу общественную жизнь, так это скука, французы тоскуют». Франция, «ни подлинно несчастная, ни поистине процветающая», живет вдали от мировых потрясений, как будто под «анестезией», писал журналист о французах, беспечно наслаждавшихся той весной новым меланхоличным хитом Клода Франсуа «Comme d'habitude» («Kак обычно»).

Май начинается в марте

Французский мятежный Май 68-го начался в марте месяце в университетском городке в Нантере, под Парижем. Там родилось «Движение 22 марта», которое объединило студентов, недовольных условиями обучения, консерватизмом образования и нравов, авторитарной моделью власти и общества. 22 марта студенты захватили административное здание факультета Нантера и расположились в зале университетского совета.

Даниэль Кон-Бендит и участники «Движения 22 марта» на факультете Нантера 10 мая 1968. AFP

Поводом для решительных действий стал арест шести студентов, активистов Комитета защиты Вьетнама: в ходе парижской антивоенной акции они были задержаны за погром офиса American Express. О «захвате» факультета однокурсникам объявил студент-социолог Даниэль Кон-Бендит, ставший одним из лидеров «Движения 22 марта».

«Красный Дани»

Даниэль Кон-Бендит, будущий франко-немецкий политик и депутат Европарламента, родился во французском Монтобане в семье беженцев из нацистской Германии. Во Францию он вернулся, чтобы получить высшее образование на факультете социологии в Нантере, где оказался в эпицентре студенческого бунта. «Движение 22 марта» настаивало на прямой демократии и отрицало понятие лидерства.

Даниэль Кон-Бендит о «Движении 22 марта» 08/05/2018 Слушать

«Я Дани Кон-Бендит, студент факультета социологии Нантера. Мои родители были беженцами из Германии, но для меня национальность ничего не значит. Мне абсолютно наплевать, француз я или немец, китаец или русский. Мне все равно. Я активист-революционер — и все тут. Пресса, кажется, попыталась сделать из меня лидера, главу, номер один «Движения 22 марта» Нантера. Я активист этого движения, в котором каждый участник отвечает за «Движение 22 марта». В этом смысле я тоже за него отвечаю. Мне кажется, стоит развеять само понятие «лидера». «Движение 22 марта» отрицает какое-либо лидерство, хотя и сознает, что иногда ему необходимы представители, которые оказываются на виду больше, чем все остальные. Но все это меняется. И очевидно, что теперь кто-то другой окажется на виду — в свою очередь».

Волнения студентов Нантера продолжались в конце марта-апреле, вовлекая все больше студентов в акции прямого действия. Сторонники разных идеологических течений — ситуационисты, марксисты-ленинисты, троцкисты, маоисты, анархисты — вели бесконечные споры, требуя права на открытое выражение политических взглядов.

Отцы и дети

Студенческие протесты набирали силу по целой совокупности причин, не только политических. Радикальные левые идеи наложились на общее недовольство консерватизмом университетской системы, авторитарной моделью отношений между профессорами и студентами. Конфликт отцов и детей обострился и из-за переполненности университетов: система попросту не справлялась с наплывом студентов послевоенного поколения бэби-бума.

«Студенческая среда — на грани взрыва, студентов стало столько, что общество неспособно направить этот поток в какое-то русло, а самосознание студентов растет очень быстро. В университетах возникла кризисная ситуация», — отмечал весной 68-го Даниэль Кон-Бендит.

Хронология событий «недели баррикад» в Париже 6-13 мая 1968

На заре сексуальной революции поколение «детей» отторгало консервативную мораль «отцов», их «традиционные ценности» и взгляды на взаимоотношения полов. Мятежная молодежь требовала изменений в стране, где аборты были запрещены и уголовно наказуемы, где большинство школ были раздельными (для мальчиков и для девочек), а для министра развод означал отставку. В студенческих городках общежития оставались раздельными, юношам было запрещено посещать комнаты однокурсниц. Требование отменить эти правила вошло в историю показательным курьезом студенческого бунта 68-го.

История сохранила и показательный диалог со студентами Нантера министра по делам спорта и молодежи Франсуа Миссофля. В январе министр приехал на открытие университетского бассейна. 22-летний Дани Кон-Бендит обратился к министру с вопросом, почему в 600-страничном томе основных направлений молодежной политики нет ни слова о «сексуальных проблемах молодых». Миссофль решил отшутиться, посоветовав будущему лидеру протеста «окунуться в бассейн», чтобы охладиться. Ответ в стиле президента де Голля, который якобы призвал мятежных студентов «выпить брому», чтобы меньше думать об отношениях полов.

Отцы-руководители предпочитали не замечать новую моду, музыку и постепенное раскрепощение молодежи, вспоминал один из лидеров студенческого Мая. «В жизни рождалась свобода, а рядом продолжала существовать застывшая система», — отмечал Жак Соважо, бывший замглавы Национального союза студентов Франции UNEF.

«Классовая борьба»

На недовольство студентов Нантера власти ответили призывом к спокойствию. Тогдашний министр образования Франции назвал бунтующих студентов словечком enragés (бешеные, взбесившиеся). «Что я собираюсь делать? Сказать да — конструктивному диалогу, и нет — насилию. Нужно, прежде всего, прекратить эскалацию насилия, утихомирить страсти, восстановить спокойствие и хладнокровие», — заявил министр Ален Перфит. 2 мая декан принял решение закрыть факультет в Нантере после проведенного студентами дня протеста против империализма.

3 мая волнения охватили Париж, а разрозненные акции переросли в национальный кризис. Лидер мятежного студенчества назвал протест политическим, заговорив о «классовой борьбе».

Даниэль Кон-Бендит о начале студенческих протестов мая 1968 08/05/2018 Слушать

«Мы заявляем, что государство является участником классового противостояния, что государство представляет один класс — буржуазию, которая стремится удержать часть студенчества, будущий руководящий костяк нашего общества. В руках государства — радио, телевидение и парламент. Поэтому мы будем выражать наше мнение прямо на улице и перейдем к прямой демократии».

Историческое здание Сорбонны заняли четыре сотни манифестантов. Ректор университета — без предупреждения и переговоров — вызвал полицию, которая не церемонясь выдворила протестующих из здания. Протест выплеснулся на улицу, где начались столкновения с полицией. Свидетелями первых уличных битв парижского Мая в прямом эфире стали журналисты Жиль Шнейдер и Фернан Шуазель.

Первые уличные баталии

К вечеру 3 мая полицейским с большим трудом удалось оттеснить бунтующих студентов от Люксембургского сада и здания Сената. В силовиков летели камни, манифестанты изматывали полицейских в коротких, но интенсивных стычках. Силы правопорядка отвечали слезоточивым газом и водометами.

Печальный итог парижских уличных баталий — почти 500 раненых и более 550 задержанных. Среди попавших под стражу — лидеры протеста Даниэль Кон-Бендит и Жак Соважо.

Даниэль Кон-Бендит объявляет о захвате Сорбонны протестующими студентами

6 мая восьмерых студентов факультета Нантера, в том числе лидеров протеста Кон-Бендита и Рене Ризеля, вызвали на заседание дисциплинарной комиссии университета. Поддержать мятежников на заседание пришли знаменитые профессора и философы Анри Лефевр и Поль Рикёр. А в Латинском квартале возобновились столкновения с полицией.

Накал страстей

6 мая при разгоне новой манифестации более 300 полицейских получили ранения. Более 400 студентов оказались под стражей. Акции в поддержку парижских манифестаций прошли в Страсбурге и Бресте. Студенческий протест подержал профсоюз преподавателей высшей школы SNEsup и его лидер Ален Гизмар. Компартия Франции и крупнейший профсоюз, левая Всеобщая конфедерация труда (ВКТ/CGT), хранили молчание: для них революция должна была быть делом рабочего класса, а не «буржуазного студенчества».

Студентов поддержали видные интеллектуалы Жан-Поль Сартр, Симона де Бовуар, Натали Саррот, Франсуаза Саган, Франсуа Мориак, а также французские Нобелевские лауреаты.

Жан-Поль Сартр перед студентами Сорбонны 22 мая 1968. GettyImages/Keystone-France/Contributeur

Между тем уличное противостояние в Париже между полицией и молодежью продолжалось. Одним из ярких свидетельств накала страстей стало прямое включение репортера Жан-Клода Бурре с бульвара Сен-Мишель. О столкновениях журналист рассказывал с упоением спортивного комментатора, постоянно повторяя слово «экстраординарно».

Лозунги французского Мая

Репортер Жан-Клод Бурре - прямой эфир: столкновения манифестантов и полиции на бульваре Сен-Жермен 6 мая 1968 08/05/2018 Слушать

Горячие дни мая 68-го стали временем расцвета уличного протестного творчества. Агитплакаты и лозунги рождались каждый день: «Запрещается запрещать!» (Il est interdit d’interdire!), «Будьте реалистами, требуйте невозможного!» (Soyez réalistes, demandez l’impossible!), «Ни бога, ни господина!» (Ni dieu ni maître!).

На жесткие действия полиции участники выступлений ответили радикальным рифмованным лозунгом, сравнив французский ОМОН (Республиканские роты безопасности Compagnies Républicaines de Sécurité, в аббревиатуре — CRS) с нацистами из СС.

«Ночь баррикад» в Латинском квартале

Кульминацией молодежного бунта стала «ночь баррикад» с 10 на 11 мая. Накануне днем в Латинском квартале прошло массовое шествие, а ночью возобновились столкновения. Как и все предыдущие дни, радиостанции вели прямую трансляцию с мест событий.

Баррикады 10 мая 1968 в Латинском квартале

Улицы в центре Парижа превратились в место настоящих боев: более сотни автомобилей были разбиты, десятки сожжены, бульвар Сен-Мишель лишился брусчатки. Более 6000 полицейских до двух ночи брали штурмом студенческие баррикады, задержав 470 человек. Ранения получили 250 стражей порядка.

Уступки Помпиду и шествие 13 мая

11 мая, вернувшись из поездки в Афганистан, премьер-министр Франции Жорж Помпиду пошел на уступки студентам. В телевизионном обращении он объявил об открытии университетов с понедельника, 13 мая, а также о начале рассмотрения в Апелляционном суде ходатайств об освобождении арестованных участников манифестаций.

Баррикады из автомобилей на улице Гей-Люссак в Латинском квартале Парижа 11 мая 1968 Bettmann/Getty Images

Уступки премьера не привели к спаду протестных настроений. 13 мая в Париже прошла самая массовая манифестация послевоенного времени. На улицы, по разным данным, вышло от 230 до 800 тысяч человек. К вечеру с площади Данфер-Рошро манифестанты двинулись по бульвару Распай с криками «На Елисейский дворец».

В шествии 13 мая в одних колоннах со студентами оказались профсоюзы, впервые с начала майских волнений. Бок о бок во главе манифестантов прошли Даниэль Кон-Бендит и глава ВКТ Жорж Сеги, который всего несколько дней назад называл «авантюрой» попытку студентов вовлечь рабочих в общее движение протеста. Теперь в Париже молодежь скандировала: «Студенты солидарны с рабочими!».

Всеобщая забастовка без профсоюзов

Символическая забастовка, объявленная профсоюзами лишь на один день 13 мая, продолжилась. На следующий день встал авиационный завод в Нанте, затем стачка постепенно охватила заводы «Рено». Менее чем за неделю забастовка во Франции приобрела характер всеобщей. 20 мая выпуск новостей на французском радио начался с объявления о прекращении работы в стране заправочных станций, банков, забастовке такси и даже Банка Франции.

Впервые во французской истории всеобщая забастовка началась стихийно, без всякого призыва профсоюзов. 22 мая в стране насчитывалось 10 миллионов бастующих (до этого самая крупная стачка 1936 года объединила всего два миллиона человек — только работников частного сектора).

Завод «Рено» в Бийанкуре, под Парижем, 17 мая 1968 – голосование о продолжении стачки Archives personnelles d'Aimé Halbeher

15 мая митингующие заняли здание театра «Одеон», по соседству с Сорбонной, где-по-прежнему оставались бунтующие студенты. В театре было объявлено о создании Комитета революционного действия, а на фасаде были вывешены красный и черный флаги. Бастующие рабочие «Рено» благодарили студентов за солидарность, но призывали вести борьбу организованно, избегая анархии.

Де Голль и Помпиду против «бешеных»

Власти безуспешно пытались перехватить инициативу, пытаясь представить движение протеста делом рук незначительного числа радикалов. 16 мая премьер-министр обратился с новым призывом к спокойствию.

«Группы бешеных стремятся к тому, чтобы беспорядок стал всеобщим, имея явную цель уничтожить нацию и сами основы нашего свободного общества», — заявил Жорж Помпиду, призвав студентов не следовать за «провокаторами» и пообещав прислушаться ко «всем их законным требованиям».

Президент Шарль де Голль отвечает журналисту Le Figaro Мишелю Друа в ходе телеинтервью 7 июня 1968. UPI/AFP

24 мая президент Шарль де Голль выступил с телеобращением, предложив французам референдум по вопросу «университетского, социального и экономического обновления». Генерал пообещал уйти в отставку, если французы скажут «нет» в ходе всенародного голосования. Ответом де Голлю стала новая «ночь баррикад» в Париже.

«Гренельские соглашения»

25 и 26 мая между правительством, союзом предпринимателей и профсоюзами прошли интенсивные переговоры в здании министерства труда на улице Гренель. 27 мая они завершились подписанием соглашений, получивших название «Гренельских». Они предполагали увеличение на 35% минимального размера оплаты труда, общий 10-процентный рост зарплат, 50-процентную оплату дней забастовки, расширение прав профсоюзов на предприятиях.

Социальные уступки власти и бизнеса были невиданными с 1936 года, когда «Матиньонские соглашения» установили во Франции 40-часовую рабочую неделю и двухнедельные оплачиваемые отпуска. Но значительная часть бастующих отвергла компромисс, заключенный профсоюзными лидерами.

Потерявшийся президент

В ситуации полного тупика, на фоне не стихающих протестов и всеобщей стачки Компартия Франции потребовала создания «народного правительства». 29 мая президент де Голль неожиданно покинул Елисейский дворец и уехал в неизвестном направлении. Позже историки выяснят, что он побывал в немецком Баден-Бадене на встрече со своим боевым товарищем генералом Массю. Неделю спустя де Голль признается, что в этот день всерьез подумывал об отставке.

Шарль де Голль: мысли об оставке 29 мая 1968 08/05/2018 Слушать

«Вы знаете, уже, наверное, тридцать лет, как я имею дело с историей. Несколько раз я задавался вопросом, не должен ли я ее оставить и отойти в сторону. 29 мая я тоже об этом думал, но воля и чаяния французов укрепили мою решимость».

Роспуск парламента

30 мая Шарль де Голль тожественно обратился к французам. Он объявил о роспуске парламента и досрочных выборах, но отказался уходить с поста президента.

Шарль де Голль: обращение 30 мая 1968 08/05/2018 Слушать

«Француженки и французы, обладая полнотой национальной и республиканской легитимной власти, в последние сутки я рассматривал все — без исключения — возможные средства для ее защиты. Я принял свое решение. В сложивших обстоятельствах я не уйду в отставку. У меня есть мандат народа, и я его исполню. Я не буду менять премьер-министра, чьи качества, твердость и способности заслуживают всеобщей похвалы. Он представит мне изменения в составе правительства, которые сочтет нужными».

30 мая по Елисейским полям прошли сотни тысяч сторонников де Голля. Возглавили манифестацию в поддержку президента его бывший премьер-министр Мишель Дебре и писатель, министр культуры Андре Мальро.

Миттеран о «диктатуре»

Один из лидеров французских левых Франсуа Миттеран стал одним из тех, кто счел поступок де Голля — отказ уходить в отставку и роспуск парламента — переходом к диктатуре. Слова, сказанные 30 мая будущим президентом Франции, вошли в историю.

Франсуа Миттеран о речи президента де Голля 30 мая 1968 08/05/2018 Слушать

«Голос, который мы только что услышали, донесся до нас из глубин нашей истории. Это голос 18-го брюмера, 2 декабря и 13 мая. Этот голос объявляет поход надменной власти меньшинства против народа. Это голос диктатуры. Народ заставит этот голос замолчать и добьется свободы. Республиканцы, объединяйтесь. Да здравствует Республика!»

Конец революции?

В июне и протестное движение, и забастовки постепенно сходили на нет. После третьей «ночи баррикад» в Париже 11-12 июня власти объявили о роспуске десятка ультралевых организаций. В середине месяца полиция освободила от митингующих здания Сорбонны и театра «Одеон», а также методично ликвидировала очаги протеста на заводах страны. На парламентских выборах 23 и 30 июня французские правые, сторонники де Голля, одержали историческую победу, получив абсолютное большинство в Национальном собрании.

Возвращение Франции к статусу кво, впрочем, было лишь внешним. Шарль де Голль перестал восприниматься как безальтерантивный лидер страны: если не он, то кто? Год спустя президент вновь объявил референдум: формально — о децентрализации власти и реформе Сената, фактически — о доверии самому себе. Большинство проголосовало против предложений де Голля, который — как и обещал — ушел в отставку. Франция вступила в постиндустриальную эпоху и период модернизации. Общество менялось, а левые идеи надолго стали интеллектуальным мейнстримом. Французские левые пришли к власти в 1981 году после победы на президентских выборах Франсуа Миттерана. Глава Соцпартии пришел к власти под вполне себе «майским» лозунгом 1968 года: «Изменим жизнь здесь и сейчас».

Ссылки по теме
 
К сожалению, время подключения истекло, действие не может быть выполнено.