Слушать Скачать Подкаст
  • *Новости 15h00 - 15h10 GMT
    Выпуск новостей 24/06 15h00 GMT
  • *Передача RFI 15h10 - 16h00 GMT
    Дневная программа 24/06 15h10 GMT
  • *Новости 18h00 - 18h10 GMT
    Выпуск новостей 24/06 18h00 GMT
  • *Передача RFI 18h10 - 19h00 GMT
    Дневная программа 24/06 18h10 GMT
Чтобы просматривать мультимедиа-контент, в вашем браузере должен быть установлен плагин (расширение?) Flash. Чтобы войти в систему вам следует включить cookies в настройках вашего браузера. Для наилучшей навигации, сайти RFI совместим со следующими браузерами: Internet Explorer 8 и выше, Firefox 10 и выше, Safari 3 и выше, Chrome 17 и выше...
ФРАНЦИЯ

«Патриотическая динамика»: как Нацфронт убедил французов

media Марин Ле Пен во время празднования результатов первого тура региональных выборов в Энен Бомоне на севере Франции 6 декабря 2015 года AFP PHOTO / DENIS CHARLET

Партия Марин Ле Пен показала исторически высокие результаты в первом туре региональных выборов во Франции. Накануне второго тура премьер-министр Манюэль Вальс заявил, что победа Национального фронта может привести страну к «гражданской войне». Анна Строганова разбиралась, как некогда маргинальной партии, чей основатель называл печи Холокоста «деталью истории», удалось убедить треть французов в своей легитимности и навести страх на весь политический истеблишмент.

«Нормализация»

Младшая дочь основателя Нацфронта возглавила партию своего отца в январе 2011 года. Марин Ле Пен было 42 года. Адвокат по образованию, она стала известна широкой публике в мае 2002 года, когда Жан-Мари Ле Пен неожиданно прошел во второй тур президентских выборов, устроив тем самым в стране политическое землетрясение.

Выступая в эфире одного из французских телеканалов, Марин с достоинством защищала отца, проигравшего Жаку Шираку. Не провоцируя и не переходя границы, как это привык делать Жан-Мари, она описывала Францию, «превратившуюся в воспитательный психологический лагерь» — это был намек на прокатившуюся по всей стране волну массовых акций протеста против Нацфронта. Жан-Мари Ле Пен усердие дочери оценил — Марин пошла на повышение, получив пост в политбюро партии.

Тогда же наследница начала худеть, поменяла прическу, перестала танцевать до утра в ночных клубах (хотя еще в 2003-м ее в не самом трезвом виде задерживали на вечеринках «за оскорбление сотрудников полиции»; сама Марин, впрочем, тогда все отрицала) и всерьез принялась за смену имиджа партии.

Процесс назвали «нормализацией». В течение всех этих лет, сначала в тени отца, а потом сама, выдохнув и расправив крылья, Марин Ле Пен уверенно избавлялась от открытых антисемитов, католиков-фундаменталистов, лиц, ностальгирующих по французскому Алжиру или режиму Виши, и прочих компрометирующих Нацфронт элементов, которые в течение 30 лет составляли партийный костяк. Не всегда, впрочем, успешно. То тут, то там, появлялись фотографии сияющей блондинки Марин с молодыми активистами идущей к светлому будущему партии, а затем снимки уже самых активистов с нацистскими татуировками и бритыми затылками.

Несмотря на эти неувязки и периодические заявления кандидатов от Национального фронта, что всех арабов стоило бы «посадить на корабль и утопить», смена имиджа удалась. «Национальный фронт смог преобразиться благодаря четко выбранной линии и акцентам, сделанным на французской идентичности, иммиграции и безопасности, — говорит в интервью Libération французский историк и специалист по крайне правым Николя Лебур (Nicolas Lebourg). — Это темы, которые понятны людям и волнуют их». Как подчеркивает исследователь, партия Марин Ле Пен в ответ на растущий страх в связи с терактами или наплывом мигрантов, предлагает французам «порядок и безопасность». И это работает.

«Страх, связанный с терроризмом, никогда еще не был так силен, — считает Лебур. — В вопросах национализма есть «они», то есть арабы и мусульмане, а есть «мы», которых надо защитить. Поэтому нельзя сказать (как считают некоторые), что НФ выступает с позиций ненависти. Отныне эта партия, наоборот, объединяет. Голосуя за Марин Ле Пен, избиратели надеются на перемены».

Сегодня, объясняет в своей заметке под названием «Как Нацфронт внедряет свои идеи» журналист Mediapart Марин Тюрки (Marine Turchi), идеи НФ проникли «повсеместно». Они распространяются «не только среди крайне правых и сбившихся с пути правых», но и среди тех, для кого раньше было немыслимо голосовать за Нацфронт. Например, среди французских евреев.

«Социальная интеграция»

Кроме того, Национальный фронт оказался сегодня единственной политической партией, позволяющей французам получить доступ к социальным лифтам. «Это машина, распределяющая посты», — объясняет Николя Лебур. Пока правящая Соцпартия разрешает избираться только самым дипломированным специалистам, Нацфронт открывает двери для представителей среднего и рабочего класса. По словам эксперта, избиратели видят в кандидатах самих себя и с готовностью за это отражение голосуют. То, что раньше предлагала некогда сильная, а сегодня почти угасшая коммунистическая партия, стало отныне прерогативой крайне правых.

Так, кандидату от Национального фронта в бедном и проблемном департаменте Сена-Сен-Дени (пригород Парижа) Жордану Барделла всего 20 лет. На фоне дряхлеющих зубров французской политической жизни, многие из которых уже давно перешагнули за отметку пенсионного возраста, этот юный выходец из семьи итальянских иммигрантов выглядит диковинно, и его охотно приглашают в свои эфиры французские телеканалы. Барделла изучает географию в Сорбонне, а в свободное от учебы время ругает мэра-коммуниста Сен-Дени за то, что тот устроил в городе рассадник «насилия, наркомании и радикального ислама». Правая рука Марин Ле Пен и вице-президент Нацфронта Флориан Филиппо называет начинающего политика «надеждой на будущее партии».

Партии, за которую голосуют все больше и больше ровесников 20-летнего кандидата. По данным института опросов общественного мнения Ifop, 33% голосовавших за Нацфронт — люди младше 25 лет, 43% из них — представители рабочего класса.  «Поколение обновилось, — говорит французский политолог и специалист по крайне правым Жан-Ив Камю (Jean-Yves Camus). — Молодые люди больше не видят в Нацфронте той партии, которой он был раньше».

«Слабость других»

Сила Нацфронта заключаются еще и в слабости двух других главных французских партий, правых «Республиканцев» и левых социалистов. Успех Марин Ле Пен — это их провалы. «У глубинного разочарования части населения есть объективные причины, — считает Камю. —Люди больше не верят традиционным политическим партиям, видя, что за 30 лет, пока левые и правые сменяли друг друга, экономическая ситуация, в частности, ситуация с безработицей, не улучшилась».

Национальный фронт стал центральной партией в политико-медийном пространстве страны. Именно вокруг программы, предложений и заявлений крайне правых выстраивают свою повестку их противники. Как левые, так и правые реагируют на интервью и выступления Марин Ле Пен и одновременно обвиняют друг друга «в игре на стороне НФ».

Особенно любопытно было наблюдать за теледебатами, последовавшими за результатами первого тура региональных выборов. Удрученные собственными печальными результатами «Республиканцы» и социалисты бросились по привычке грызть друг другу глотки, забыв о народе, а также о свободе, равенстве, братстве и прочих общих ценностях. В юмористической программе Le Petit Journal из грызни народных избранников сделали смешную нарезку, а сами выборы проиллюстрировали тремя секундными кадрами — мрачными лицами премьер-министра Вальса и экс-президента Саркози, и ликующей Марин Ле Пен.

В свою очередь, СМИ, как подчеркивает Mediapart, не перестают приглашать представителей крайне правых и, прежде всего, саму Ле Пен и Флориана Филиппо. Издание подсчитало, что после терактов 13 ноября, глава НФ провела в эфирах государственных французских СМИ с самыми высокими рейтингами — телеканала France 2 и радиостанции France Inter — в общей сложности около 20 часов.

После прихода Марин Ле Пен к власти словарный запас французских журналистов пополнился метафорами. Нацфронт стали называть «обновленным», «реабилитирующимся в глазах общественности» и «стоящим на пороге власти». Перед каждыми выборами крайне правым предрекают «прорыв» или, в крайнем случае, «прогресс». Mediapart со ссылкой на исследователя Александра Дезе (Alexandre Dézé), который изучал подачу связанных с НФ новостей в СМИ, отмечает, что этому прогрессу способствовали именно медиа. «Меньше, чем за пять лет Марин Ле Пен удалось навязать свои темы, свой дискурс и свой сторителлинг», — отмечает Марин Тюрки.

Сама Марин Ле Пен называет происходящее «патриотической динамикой». И добавляет: «Левые и правые боятся нас, потому что мы добиваемся результатов». Пока ей сложно что-либо возразить.

Ссылки по теме
 
К сожалению, время подключения истекло, действие не может быть выполнено.