Слушать Скачать Подкаст
  • *Новости 15h00 - 15h10 GMT
    Выпуск новостей 23/09 15h00 GMT
  • *Передача RFI 15h10 - 16h00 GMT
    Дневная программа 22/09 15h10 GMT
  • *Новости 18h00 - 18h10 GMT
    Выпуск новостей 22/09 18h00 GMT
  • *Передача RFI 18h10 - 19h00 GMT
    Дневная программа 22/09 18h10 GMT
Чтобы просматривать мультимедиа-контент, в вашем браузере должен быть установлен плагин (расширение?) Flash. Чтобы войти в систему вам следует включить cookies в настройках вашего браузера. Для наилучшей навигации, сайти RFI совместим со следующими браузерами: Internet Explorer 8 и выше, Firefox 10 и выше, Safari 3 и выше, Chrome 17 и выше...
ЕВРОПА

Кинособытие: Все было впервые и вновь

media  
Фильм «My Generation» режиссера Дэвид Бетти screenshot Youtube

На российские экраны вышел изумительный фильм «My Generation» о молодежной революции в Великобритании 1960-х. Режиссер Дэвид Бетти. Фильм идет под английским названием, вероятно, потому, что картин, которые по-русски именуются «Мое поколение» (что и есть My Generation) чересчур много. Комментатором событий стал уникальный актер поколения 1960-х, единственный, кто в свои 84 года ежегодно снимается в трех-четырех фильмах, и отнюдь не последних ролях: двукратный обладатель «Оскара» сэр Майкл Кейн.

Юрий Гладильщиков о фильме "My Generation" 20/08/2018 - Юрий Гладильщиков (Москва) Слушать

В 1960-е старую («добрую», как стандартно выражаются) Англию перетряхнуло словно землетрясением. Страна, про которую в «My Generation» говорят, что еще в 1950-е она была серой и скучной, стала центром бурления западной молодежи. Законодательницей мод. В том числе буквально во всех видах искусства.

Там не было политических студенческих бунтов как во Франции или Чехословакии 1968-го. Зато там возникла небывалая ситуация. В какой-то момент 1960-х в Лондоне почти невозможно было встретить пожилого человека. Город оккупировала молодежь.

Выйдя с женой после сеанса мы стали — на своем дилетантском уровне — обсуждать, а как так именно в Англии получилось. Почему именно там возникли The Beatles и The Rolling Stones — консерваторы заседали в парламенте в жутких по крою черно-коричневых костюмах и платьях, орали, что молодежь тащит страну в адову бездну и требовали скинуть ее в Темзу. Молодежь их попросту не замечала, окунувшись в творчество.

Помнится, один мой уважаемый коллега написал как-то о пошлости западных 1960-х — при всем уважении к ним. Вероятно, он имел виду банальную веру тогдашней молодежи, что автоматы и танки можно остановить гвоздиками, которые хиппи всовывали в их дуло, наивную надежду на то, что молодость продлится вечно (но вскоре самые правоверные хиппи поняли, что надо делать карьеры, кормить семьи — хиппи превратились в яппи). Но это не уводит нас от вопроса, отчего новая молодежная культура послевоенных лет родилась именно в Англии.

У меня есть только один ответ: потому что Англия в отношении к живой жизни всегда запаздывала. После Второй мировой ведущие европейские страны по-разному преодолевали кризис нищеты и падения культуры. Италия, а затем Франция спаслись с помощью кино, которое вышло на улицы. Но если итальянский неореализм был все-таки слегка театрализованным, то французская новая волна вывела на экраны реально живых людей, в основном молодых. Не случайно, что среди тех, кто стояли в первых рядах революции 1968-го были Годар, Луи Маль, Франсуа Трюффо и другие великие режиссеры.

Есть, видимо, особая закономерность в том, что именно в самых консервативных государствах после падения пут начинает активно развиваться молодежная культура. История отчасти повторилась в Испании 1970-х. Когда после трех с половиной десятков лет правления умер диктатор Франко, в Испании началась вольница, равной которой не было нигде. Еще не ставший великим режиссером Альмодовар писал книги от лица трансвестита. А молодежи ночи напролет не сиделось на месте — она переходила из клуба в клуб. Это было признано особым движением, получившем названия movida — собственно движение или же тусовка.

Трейлер фильма MY GENERATION (2018)

Англия и после войны, которая вроде бы должна была объединить нацию, оставалась страной, поделенной на аристократию и простолюдинов, в том числе лондонских — кокни. Майкл Кейн, который выглядит как истинный аристократ, обладатель двух «Оскаров» и титула «сэр», полученного от королевы, рассказывает в фильме, что был первым кокни, пробившимся на английские экраны. Произошло это случайно, когда ему стукнуло уже тридцать, не без помощи Шона Коннери. До этого простая английская публика, идя в кино, видела некий невиданный мир, где актеры в аристократических одеждах выражались на… есть понятие хох дойч, высокий немецкий, тут, вероятно, надо употребить хай инглиш. Жаль, в фильме почти ничего не говорится про накатившую, особенно к концу 1960-х новую английскую киноволну. Новые режиссеры снимали резкое зачастую сатирическое кино. Не зря их прозвали «злым поколением».

Вспоминает Кейн и свое детство, когда трущобы росли этаж за этажом, на каждом обитало по десятку семей, а десятки, но уже детей, играли прямо на опасных, опоясывающих дома балконах.

Ничто, казалось бы, не предвещало британского молодежного культурного взрыва. Консервативная страна, родина кокни, почти растерявшая к тому времени свои имперские территории и богатства. Великий Набоков — и тот временно ошибся, когда писал «Лолиту» (она впервые напечатана на английском в 1955-м в Париже — но уже спустя десять лет его роман обрел актуальность). Там он противопоставил дряхлеющую Европу Гумберта Гумберта варварски юной цивилизации Америки-Лолиты.

С тех пор идут споры, то ли Европа в лице Гумберта Гумберта развращает наивную Америку, то ли юная, но дерзкая и изначально развратная корыстная Америка ловко ловит на крючок европейского папика Гумберта Гумберта.

Юной и наивной оказалась, однако, в 1960-е не Америка, а Англия. Первые американские гастроли The Beatles, проходившие под непрерывный визг фанаток, стали одним из самых громких событий в истории шоу-бизнеса. Англия показала и США, и остальной Европе, и даже СССР, где The Beatles тоже стали кумирами, что молодая Европа — это Англия: новый центр мира. Когда новую музыку попытались не пустить на официальные каналы, энтузиасты запустили радиостанцию, крутившую рок-н-ролл, на корабле, который находился на таком расстоянии от берега, что на него не распространялись законы цензуры. Об этом рассказывает Майкл Кейн. Об этом в конце 2000-х была снята комедия «Рок-волна».

Как говорит в фильме Майкл Кейн, который несмотря на свое происхождение кокни, сыграл потом массу шпионов и спецагентов, не говоря уже о серьезных ролях, тогдашние английские родители с ужасом наблюдали над тем, как их отпрыски все как один устремляются в Лондон. Девчонки переходят на мини-юбки. Парни отращивают длинные волосы. И что самое ужасное, все как один поступают в художественные школы. Не столь важно, чему учили. Важно, что там были самые красивые девушки и отвязные вечеринки. «Прихожу, — вспоминает Кейн, — в модный клуб, а там на танцполу все «битлы» и «роллинги».

В Лондоне, повторяю, не было своего политического 1968-го. Но он стал, еще раз повторим, мировой столицей молодежной культуры. Причем если говорить не только о музыкальных группах. Господи, как же красивы все платья, как красивы модели, хотя англичанки вроде бы не должны выглядеть эффектно. Модель Твигги становиться № 1. Она участвует в фильме Майкла Кейна наряду с Полом Маккартни, Миком Джаггером, легендарной в свое время моделью и актрисой Марианной Фейтфулл. Для меня в фильме масса откровений. Я не знал, что на заре карьеры существовала такая дружба и взаимопомощь между «битлами» и «роллингами». Всегда считал, что Видал Сассун — это тип стрижки. И еще марка шампуня. Но не знал, что это один из революционных парикмахеров 1960-х.

И как всё стильно!

Как все женственно (и как противоречит временам политкорректности, когда женщин стали насильно превращать в мужчин)!

В Англии 1960-х расцветает и новый тип фотографии — гламурная. Причем интересно, что всеми ведущими модельерами и фотографами — и тут понимаешь, почему комментатором фильма избран Майкл Кейн — являлись выходцы из кокни. У нас в 1917-м революционные массы, которым не давали возможности осуществить себя, надели на винтовки штыки. В Англии люди той же породы, кокни, ушли в искусство.

Кейн: все дружили. Не было мобильных и sms. Все общались лицом к лицу – и это поощряло к творчеству. Кейн: это были лучшие годы нашей жизни.

И опять же интересная штука. Говоря «кокни», мы словно бы подразумеваем необразованность. Но посмотрите на крой и раскраску платьев, которые шили лондонские модельеры. Один из них произносит потрясающую фразу, говорящую о том, насколько глубоко он понимает свою профессию: главная проблема — совместить округлости женской фигуры с плоскостью ткани. Безумно интересно.

Еще интереснее: в платьях английских модельеров-кокни 1960-х чувствуешь влияние Малевича, Кандинского, Рене Магрита, Пита Мондриана.

Смысл фильма, к которому подводит Майкл Кейн: Англия 1960-х стала первой страной в мире, развитие которой определила молодежь. Потому что у нее были принципиально иные ценности, нежели у взрослых.

Если бы только не массовая мода на наркотики. Впрочем, тот же Кейн, который лишь раз в жизни пробовал наркотики и только марихуану, согласен с лозунгами, которые в фильме несут на демонстрациях: те, кто употребляет ЛСД, никогда не поедет воевать во Вьетнам и не станет работать в ваших поганых корпорациях.

 
К сожалению, время подключения истекло, действие не может быть выполнено.