Слушать Скачать Подкаст
  • *Новости 15h00 - 15h10 GMT
    Выпуск новостей 22/04 15h00 GMT
  • *Передача RFI 15h10 - 16h00 GMT
    Дневная программа 22/04 15h10 GMT
  • *Новости 18h00 - 18h10 GMT
    Выпуск новостей 22/04 18h00 GMT
  • *Передача RFI 18h10 - 19h00 GMT
    Дневная программа 22/04 18h10 GMT
Чтобы просматривать мультимедиа-контент, в вашем браузере должен быть установлен плагин (расширение?) Flash. Чтобы войти в систему вам следует включить cookies в настройках вашего браузера. Для наилучшей навигации, сайти RFI совместим со следующими браузерами: Internet Explorer 8 и выше, Firefox 10 и выше, Safari 3 и выше, Chrome 17 и выше...
ЕВРОПА

Алесь Беляцкий: Белорусская власть неспособна на диалог с обществом

media  
Белорусский правозащитник Алесь Беляцкий HRW

Возмущение белорусов социально-экономической политикой руководства страны вынудило власть «снять перчатки» вместо переговоров с обществом, считает председатель правозащитного центра «Вясна», вице-президент Международной федерации прав человека Алесь Беляцкий.

Алесь Беляцкий: Белорусская власть неспособна на диалог с обществом 09/05/2017 - Геннадий Шарипкин (Минск) Слушать

В интервью RFI правозащитник и экс-политзаключенный Алесь Беляцкий отмечает, что белорусская власть не отказывалась от репрессий и в период так называемой либерализации после выборов президента в 2015 году и последующей отмены европейских санкций. «Репрессии были строго дозированы и носили более мягкий характер. Например, за участие в несанкционированных митингах в 2016 году только один человек был приговорен к административному аресту, зафиксировано более 600 штрафов», — рассказал правозащитник.

Алесь Беляцкий: В марте этого года начались социальные акции в разных городах (Беларуси), и сначала власти относились к этому достаточно спокойно, но чем более эти акции набирали обороты, когда в городах, где уже десятки лет, можно сказать, не проходило вообще ничего, начали собираться на социальные акции протеста по две-три тысячи человек, то это, конечно же, вызвало тревогу у властей. Как я это оцениваю, Лукашенко просто побоялся, что может потерять контроль над обществом Беларуси. Поэтому был включен форсаж, и мы опять вернулись к более жестким репрессиям по отношению к активистам гражданского общества. Об этом свидетельствует и «дело патриотов», возбужденное против общественных активистов. Причем там представители абсолютно разных групп объединены в одно уголовное дело — сначала эти люди обвинялись в подготовке массовых беспорядков, потом часть из них получила плюсом следующую статью — организация незаконных вооруженных формирований, это очень серьезная, строгая статья.

Но пока то, что показывают по телевидению пропагандистские каналы, не свидетельствует о чем-то действительно серьезном. Мы просто видим, что это уголовное дело, конечно же, было возбуждено для поднятия уровня страха в обществе, для того, чтобы сбить этот социальный накал, эту социальную активность и нейтрализовать какие-то политические силы, которые тоже присоединились к этим социальным протестам. За весну 2017 года, по нашим подсчетам, хотя подсчитать очень трудно, потому что репрессии носили массовый характер, было репрессировано в разных формах — или же привлечено к административным судам, или же были избиты люди, или же какие-то другие формы давления, — более тысячи человек за это время. Мы практически вышли из спокойного, более-менее контролируемого властями состояния, в ответ на протесты власти опять вернулись к старой тактике — применили массовые репрессии против, в первую очередь, гражданских и политических активистов.

RFI: То есть ничего нового в действиях власти?

Есть определенное отличие. Во-первых, мы видим, что эти удары по гражданскому обществу направлены против малоизвестных людей, или же молодежи, или же каких-то неизвестных маргинальных групп. Власти остерегаются трогать известных политиков, известных общественных деятелей. И вот те странные истории, которые происходили, например, с Николаем Статкевичем перед 25 марта, когда его просто задержал КГБ, и он двое суток находился без предъявления обвинения в КГБ и потом был отпущен, видно, что по нему реально решался вопрос — или возбуждать уголовное дело, присоединять его к этой группе патриотов, или все-таки отпустить и не вызывать острой критики со стороны международного сообщества. Потому что одно дело, если сидят малоизвестные активисты и молодежь, другое дело — если известные политики. Это и есть отличие, но для нас, правозащитников, это отличие небольшое — для нас любой человек, который сидит в тюрьме по политическим мотивам, который является политическим заключенным, это человек, который требует особого внимания и особого отношения. Неважно, известен ли он или неизвестен.

RFI: Кто сейчас имеет статус политзаключенного, по мнению белорусских правозащитников? Что касается «дела патриотов», говорится о политической подоплеке преследования, но без придания статуса фигурантам.

У нас идет очень серьезный анализ этого «дела патриотов», и мы, конечно, не спешим с определением политических заключенных, потому что предъявлены достаточно серьезные обвинения этим людям, которые находятся сейчас в тюрьме. Но в то же время мы говорим о том, что дело имеет явно политический контекст. Мы говорим о том, что мы очень внимательно наблюдаем за всеми событиями, которые происходят вокруг этих задержанных и арестованных людей. И мы, конечно же, будем проводить мониторинг суда, чтобы уже серьезно, с аргументами принять решение о том, нарушены ли гражданско-политические права этих людей и какую роль вообще они играли в комбинации, безусловно, придуманной КГБ. Поэтому мы тут не спешим.

Суд будет через несколько месяцев, будем надеяться, что еще определенная часть людей будет отпущена на свободу. Через тюрьму по обвинению в этом деле прошло почти 40 человек. Сейчас в заключении находится 18, и это количество еще может быть уменьшено. Это, конечно же, тоже есть определенный результат нашего пристального внимания к этому делу. Будем надеяться, что дело не будет иметь такой серьезный оборот, который ему стараются придать власти.

На сегодняшний день в тюрьме находятся двое политических заключенных, которые не имеют отношения к «делу патриотов» — это Михаил Жемчужный и Дмитрий Палиенко. Палиенко — молодежный активист, который был осужден в прошлом году с отсрочкой исполнения приговора, но он опять принимал участие в мирных акциях протеста в этом году — это послужило причиной отправки его в колонию, у него полтора года срока. Михаила Жемчужного, который был спровоцирован КГБ несколько лет назад и является жертвой, я сказал бы, КГБ — мы тоже считаем его безусловным политическим заключенным.

Недавно проходил процесс над одним из молодежных активистов Вячеславом Косинеровым, которого обвиняли в хулиганстве, он был очень быстро признан политическим заключенным после помещения под стражу. Во время суда он был отпущен, ему был вынесен достаточно небольшой штраф, что тоже мы считаем неправильным, но все-таки видно, что объединенная, согласованная позиция белорусских правозащитников показала свои результаты — власти просто побоялись упечь его в тюрьму, хотя могли дать до трех лет.

RFI: Как вы оцениваете последствия возвращения государства к репрессиям? Для самой власти, для общества?

Репрессивные механизмы властей работают очень четко, они очень четко реагируют на любые «угрозы», как они считают, по отношению к самой себе, и давление на гражданские, политические свободы, на общественных активистов в Беларуси продолжается. Оно остается на таком же высоком уровне, и уровень этих репрессий зависит практически только от активности общества. Чем более активно общество — тем более активный уровень репрессий.

Нужно сказать, что репрессиями этой весной власть практически не решила ни один вопрос, который стоял в обществе. Это экономический кризис, который продолжается у нас уже несколько лет. А этом году ничего хорошего тоже не произойдет, власти не планируют проводить никаких серьезных реформ в экономике. Люди обеднели, реальная бедность сейчас в практически каждой белорусской семье, когда за 200 евро в регионах люди держатся за такую работу руками и ногами, потому что ничего другого найти не могут, а цены достаточно высокие, и прожить за эти деньги очень тяжело. Конечно же, эти вопросы экономической нищеты, социальной необустроенности заставили людей выйти на улицы.

Власти не предложили никакого рецепта по решению этих вопросов, как мы видим сейчас, и также отказались сесть за стол переговоров, что тоже показывает на неспособность белорусских властей к диалогу на сегодняшний день. Может быть, придет такое время, когда эта социальная, общественная активность все-таки заставит белорусские власти начать этот диалог. Сейчас по последним акциям, по Чернобыльскому шляху, по акции, которая проходила 1 мая в Минске, мы видим, что активность людей упала. Дали свои результаты меры, которые власти применяли.


Как подчеркивает Алесь Беляцкий, уход власти от действительного решения проблем «с высокой долей вероятности вызовет возмущения в обществе после этого лета». «Протесты могут проявиться осенью, зимой, следующей весной — может быть, будут другие формы требований у людей, но проблемы за лето никуда не уйдут», — считает правозащитник.

Ссылки по теме
 
К сожалению, время подключения истекло, действие не может быть выполнено.