Слушать Скачать Подкаст
  • *Новости 16h00 - 16h10 GMT
    Выпуск новостей 15/11 16h00 GMT
  • *Передача RFI 16h10 - 17h00 GMT
    Дневная программа 15/11 16h10 GMT
  • *Новости 19h00 - 19h10 GMT
    Выпуск новостей 15/11 19h00 GMT
  • *Передача RFI 19h10 - 20h00 GMT
    Дневная программа 15/11 19h10 GMT
Чтобы просматривать мультимедиа-контент, в вашем браузере должен быть установлен плагин (расширение?) Flash. Чтобы войти в систему вам следует включить cookies в настройках вашего браузера. Для наилучшей навигации, сайти RFI совместим со следующими браузерами: Internet Explorer 8 и выше, Firefox 10 и выше, Safari 3 и выше, Chrome 17 и выше...
В мире

Эксперт о турецкой операции в Сирии: это поражение курдов и Франции

media  
Бомбардировка города Серекание (Рас-эль-Айн), фото сделано с турецкой территории. OZAN KOSE / AFP

22 октября в Сочи президенты России и Турции Владимир Путин и Реджеп Тайип Эрдоган обсудят турецкую военную операцию в Сирии и соглашение между курдами и Дамаском, посредником в котором выступила Москва. По итогам соглашения контроль над турецко-сирийской границей должен перейти к армии Башара Асада, однако Анкара не собирается отказываться от планов по изгнанию курдов с приграничных территорий. По мнению французского эксперта, президента Института перспективного анализа и безопасности в Европе Эмманюэля Дюпюи, турецкая операция в Сирии только укрепит позиции Москвы в регионе, а главными проигравшими в этом конфликте станут курды и Франция. Об этом Эмманюэль Дюпюи рассказал в интервью Русской службе RFI.

RFI: Каков интерес России быть посредником в этом соглашении между курдами и Дамаском? Нет ли в этом угрозы союзническим отношениям Москвы с Турцией?

Эмманюэль Дюпюи: Естественно, это игра одновременно на нескольких полях. Президент Владимир Путин, возможно, единственный, кто способен говорить с президентом Эрдоганом. Именно по этой причине президент Эмманюэль Макрон через своего посла госпожу Сильви Берманн на Валдайском форуме напомнил, что Франция очень ждет от России посредничества в отношениях с Турцией. Иранцы думают то же самое. Министр иностранных дел Мохаммад-Джавад Зариф напомнил, что Турция должна участвовать в диалоге с Россией и Ираном, в рамках так называемого Астанинского процесса.

Владимир Путин прекрасно понял суть нынешней ситуации в Сирии. Когда американцы свернули свои четыре базы, на которых размещалось около двух тысяч солдат, Путин сделал все для того, чтобы не просто сирийцы смогли вернуться в сирийскую Рожаву, но и чтобы русские войска смогли бы там оказаться. И это уже давняя идея русских: создать зоны деэскалации. Вспомните, когда Россия запускала Астанинский процесс, в мае 2017 года, уже шла речь о четырех зонах деэскалации, которые контролировались бы совместно российскими и сирийскими силами.

Эксперт Эмманюэль Дюпюи о турецкой операции в Сирии 17/10/2019 - Сергей Дмитриев Слушать

Так что, в каком-то смысле, турецкое наступление на руку России, которая замещает на этих территориях американцев. Территории, которые до последнего времени были под контролем американцев, уже патрулируются русскими. И когда кризис стихнет, американским военным и французским (которые сейчас там представлены 300–400 спецназовцами и которые тоже в процессе передислокации) будет очень проблематично туда вернуться. Русские и сирийцы не сделают им такого подарка. Так что несмотря на то, что Турция для Москвы — союзник, Путин не упустит возможности распространить свое влияние за счет расширения территории, подконтрольной Башару Асаду.

Но действительно ли Россия выиграет от того, что американцы и европейцы самоустранятся от этого конфликта? Ведь это налагает больше ответственности на Россию?

Во всяком случае, это встраивается в российскую повестку, которая помимо военной операции, простирающейся сейчас и на сирийский Курдистан, включает также дипломатическую часть. И в этом плане турки не сдвинулись ни на йоту. Они следуют соглашению, заключенному с русскими, об активизации процесса стабилизации. Мы видим, что создана консультативная комиссия по пересмотру [сирийской] конституции. Это стало результатом переговоров в Астане.

Так что в этом плане Россия будет продолжать диалог с Турцией, которая, в свою очередь, будет удовлетворена тем, что получит на протяжении всех 822 км сирийско-турецкой границы коридор. Сложно его назвать «гуманитарным коридором», хотя заявленная цель операции состоит в том числе в возвращении 3,5 миллионов сирийских беженцев, которые с начала гражданской войны находятся на турецкой территории. Но в любом случае Турция получит то, что всегда хотела. Я напомню, что это уже третья военная операция Турции: первая была в 2016 году («Щит Евфрата»), вторая — в 2018 году («Оливковая ветвь»). И каждый раз турки пытались добиться этой буферной зоны глубиной 30 км, чтобы не было контактов между сирийскими курдами и «Рабочей партией Курдистана», действующей в Турции и считающейся там 1999 года террористической организацией.

Но пока что турки не торопятся уступать территории продвигающейся сирийской армии. Если случится прямая конфронтация между турецкой и сирийской армиями, что будет делать Москва?

Я думаю, что нет никакого риска такой прямой конфронтации. Просто потому что негласная цель этой операции — это вытеснить западные силы. И это уже сделано. Тот факт, что есть соглашение между Сирийскими демократическими силами (в число которых входят курды) и режимом Башара Асада, означает, что одно из требований Дамаска — сохранение территориальной целостности с возможностью создания [курдской] автономии — выполнено. Вопрос о создании независимого курдского государства снят с повестки дня. Это было важно для Дамаска. Для Турции, России и Ирана было важно, что западные силы, как говорится, «пакуют чемоданы», и им будет сложно в будущем туда вернуться, в том числе потому, что курды восприняли сейчас их уход как предательство.

Получается, что русские выйдут из этой операции в любом случае победителями, а главные проигравшие курды?

Я бы только добавил, что еще одни главные проигравшие — это французы. Просто потому, что американцы бросили французов и фактически заставили их пересмотреть внешнеполитическую стратегию и военную доктрину. Французы хотели остаться, у них не было никаких намерений уходить с этих территорий. Но проблема в том, что если американцев там больше нет (а именно они выполняли 65% бомбардировок и прикрытия с воздуха), то для французов стало самоубийственным там оставаться в такой конфигурации сил, при таких рисках прямого военного конфликта, в котором по разные стороны могли бы оказаться две страны-члена НАТО.

К сожалению, это уже произошло в окрестностях Кобани, где только что французский спецназ оказался под огнем турецких военных. И они должны были ответить по праву легитимной обороны. И это стало первым случаем, когда две страны НАТО открыли огонь друг по другу. Остается вопрос, была ли это провокация Турции, которая прекрасно знала, что вертолет, совершавший облет зоны, принадлежал международной коалиции? Но совершенно ясно, что присутствие французов там больше невозможно. И это не вина турков, это вина американцев, которые не согласовали со своими основными союзниками — Францией и Германией — свой уход и оставили нас в такой трудной ситуации, как непосредственно на месте, так и на дипломатическом уровне.

Так что курды, безусловно, главные проигравшие. Но в дипломатическом и военном отношении проигравшими оказались также наши [французские] военные, которые вынуждены следовать решению, которое не нами было принято.

Ссылки по теме
 
К сожалению, время подключения истекло, действие не может быть выполнено.